Поведение собаки стр. 2
свою ответственность не только за собаку, но и перед ней, стараются избегать ошибок, учась на чужих примерах, изучают специальную литературу. К сожалению, старания этих людей далеко не всегда приводят к желаемым результатам. Сейчас в среде собаководов часты стали разговоры о проверках ВНД (типов высшей нервной деятельности), об условных рефлексах, агрессии, иерархии и прочих научных понятиях. Беда только, что частенько научные термины применяют буквально по поговорке: «Слышал звон, да не знает, где он». Допустим, прочел человек какую-нибудь научно-популярную статью либо слышал разговор, доклад профессионалов, где ему встретилось «умное» слово, которое, исходя из контекста, обозначало некое понятие, – и все, процесс завершен! Отныне он свято, что называется, до конца дней своих уверен, что агрессия – это драка и очень плохо (либо очень хорошо, в зависимости от породы), а беготня за нарушителем с финальным хватанием собакой рукава и есть проверка ВНД, и ежели она рукав берет, то ВНД сильная, а ежели нет – то слабая. Не ясно, правда, какие тогда еще остались проблемы у институтов, изучающих эту самую ВНД, но это уже нашего «научно подковавшегося» владельца не интересует.
Хаотическое извлечение терминов для объяснения поведенческих феноменов плохо еще и тем, что разные научные школы, изучающие поведение, под одним и тем названием могут понимать разные вещи,
а одни и те же явления именовать по-разному. Наконец, современная наука часть терминов, встречающихся в литературе, может не использоваться, поскольку с течением времени стало понятно, что они неинформативны. И самое главное – существующие исследовательские школы возделывают, образно говоря, научное поле в разных его частях и в разных направлениях, поэтому одни ученые больше внимания уделяли одним группам явлений, другие – другим, изучали их под разными углами зрения. Разобраться во всем этом неподготовленному читателю оказывается просто невозможным, он запутывается в терминах.
Исходя из этого, авторам представляется необходимым создать сводку поведения домашней собаки, показав, как важные для собаковода понятия корреспондируются друг с другом. В свое время объектами наших собственных научных исследований были не только различные породы собак, но и их дикие сородичи из семейства Волчьих (Псовых в устаревшей номенклатуре): самих волков, лисиц, песцов, шакалов, енотовидных собак. Сопоставление поведения близкородственных видов помогло лучше понять основы поведения собаки; отличия, связанные с тем, что она – животное домашнее, приблизили нас к пониманию, как функционирует сложнейшая программа, именуемая поведением.
Однако, на наш взгляд, необходимо создать не просто сводку, учитывающую, кто из известных физиологов, бихевиористов, этологов, зоопсихологов что сказал о собаке. Этого недостаточно: с одной стороны, слишком много белых пятен остается, с другой стороны, практику-собаководу вряд ли когда пригодятся сведения по цитоархитектонике (особенностях клеточной структуры) головного мозга, либо по полиморфизму белков главного комплекса гистосовместимости.
Нужна модель поведенческого акта, адаптированная для практического применения. В модель, предлагаемую нами, укладываются все наблюдавшиеся авторами феномены, более того, применение ее для анализа при работе с так называемыми проблемными собаками позволяло добиваться отличных результатов. Возникновение взаимопонимания, умение знать заранее, что сделает собака, почему и как именно она среагирует на действия другой собаки или человека, раскрывают перед владельцем поистине новые горизонты. Это, пожалуй, единственный надежный способ научиться не только «думать по-собачьи», но и «говорить с ней на одном языке».
Применение модели бессмысленно без знания того,