Повелитель теней. Том 3 стр. 224
от него особой меткости не приходилось, было ясно, что его совершенствование — дело времени, и вскоре характер войны здесь может измениться кардинально, а с ним, возможно, изменится и само лицо этого мира.
Как бы там ни было, но это случилось, и теперь Ликар отбыл в далёкий городок на севере, чтоб осмотреть и оценить изобретение безвестного мастера, грозящее открыть для этого маленького мирка ящик Пандоры, а Донцов и Кроу остались в луаре при контаррене, продолжавшем готовиться к войне.
Благодаря талантам де Толли, ему удалось разработать новую стратегию, предполагавшую строительство фортификационных сооружений за пределами города. Луга там уже были изрыты траншеями, извлечённая из них земля использовалась для строительства укреплённых брёвнами брустверов и землянок. Низины были изборождены канавами, с воткнутыми в них остроконечными копьями, после чего затоплены водой, скрывавшей смертельные ловушки для коней и людей. Подход к городу теперь был чрезвычайно затруднён, поскольку всё пространство до ближайших лесов, которые были отодвинуты путём вырубки, простреливалось лучниками, укрытыми за деревянными щитами. Система окопов позволяла защитникам города добраться до любого укрепления, не подвергаясь опасности получить вражескую стрелу. Рукотворные овраги и ловушки делали невозможными стремительные конные атаки. Таким образом, луар получил ещё одно оборонное кольцо, не менее надёжное, чем сами крепостные стены.
Для решающего сражения контаррен оставил нетронутым одно широкое поле, тем самым лишив короля Ричарда возможности выбора. При этом он и там подготовил позиции, предусмотрев как свободу манёвра для своей конницы, так и защитные укрепления для лучников, а также хорошо замаскированные укрытия, где намеревался разместить пехоту, которая должна была внезапно вступить в бой и поддержать сокрушительный кавалерийский удар. И пока де Толли руководил работами вокруг города, он, наконец, смог сосредоточиться на разработке плана решающего сражения.
Он стоял возле объёмной карты, повторявшей облик местности вокруг города и за последние недели разительно изменившейся и увеличившейся, и в очередной раз обдумывал свои действия, пытаясь предположить, что сможет противопоставить ему его старый друг барон де Сансер, которого он считал весьма талантливым полководцем, способным на неожиданные шаги и успешную импровизацию в случае внезапного изменения ситуации. При этом он постоянно советовался со своими соратниками, прибывшими с ним в луар, и местными военачальниками, участвовавшими в предыдущей войне.
Кроу, находясь за спиной Беренгара, отчаянно скучал, в то время как стоявший рядом Донцов следил за дискуссией с повышенным интересом. Именно тогда в зал военного совета вошёл капитан дворцовой охраны Линдар и доложил о гонце, привёзшем из деревушки на востоке тревожные известия. Он передал командующему письмо, написанное странным летящим почерком на языке, похожем на язык Сен-Марко. Несмотря на необычную орфографию, смысл послания был понятен. Из него следовало, что ближайшей ночью следует ожидать подхода кавалерии короля Ричарда, которая движется налегке стремительным маршем и собирается занять позиции вокруг города и блокировать его до подхода остальных сил. Передав письмо одному из своих офицеров, встревоженный Беренгар велел вызвать в зал гонца, и увидел перед собой деревенского паренька, почти мальчика, который сбивчиво рассказал о приехавшем к ним в деревню тяжело раненном незнакомце.
Отправив нескольких рыцарей в деревню с приказом допросить этого незнакомца, и, если это будет возможно, привезти его в луар, Беренгар обернулся к карте. Работы по обустройству укреплений вокруг города