Повелитель теней. Том 3 стр. 276
предполагает множество уловок для того, чтоб не соглашаться с противником сразу, а предлагать другие варианты. Пока идёт обмен письмами, время уходит.
— Найдите текст этой хартии, — приказал король своему секретарю и тот поспешно и немного испуганно кивнул, видимо, соображая, где её искать, и есть ли она среди бумаг канцелярии. — Пока же давайте решим, что мы сообщим альдору. Нам нужно определить условия поединка и назвать имя нашего рыцаря. Насчёт условий, я полагаю, сомнений нет: это будет конный поединок на боевых копьях. Копья должны быть длиной не более семи локтей с острым наконечником. В случае потери копья бой продолжается на мечах до смерти одного из участников.
— Кто будет участвовать в поединке? — спросил Леонард Дэвре.
Король, прищурившись, смотрел на него. Леонард, как конный рыцарь в тяжёлом вооружении представлял собой эталон бойца для копейной схватки, но насколько проворен он будет в своих тяжёлых латах, если дело дойдёт до боя на мечах?
— Кто у нас победил в недавнем турнире? Там, кстати, были и рыцари из луара и Магдебурга, — произнёс Ричард, сделав вид, что не помнит имя победителя, чтоб его назвал кто-нибудь другой. Он посмотрел на Делвин-Элидира, тоже участвовавшего в том турнире, но тот снова рассматривал карту и не торопился отвечать.
— Это был гвардеец, ваше величество, — произнёс принц Жоан, сидевший в конце стола, куда был «сослан», впав в немилость после оплошности при штурме цитадели Девы Лардес, — кавалер Булатов, которому вы поручили моё обучение.
— Победителем был я, поскольку выбил того гвардейца из седла, — процедил король, а потом добавил: — хотя признаю, что он был хорош. Что ж до твоего обучения, то он явно не преуспел, поскольку не научил тебя ни почтительности, ни отваге.
— Он должен был учить меня биться на мечах, — спокойно ответил принц. — И скоро на поле боя у меня будет возможность доказать вам, что этому он хорошо меня научил. Пока же я выдвигаю его для участия в этом поединке. Принять ли моё предложение, решать вам, мой король.
Ричард какое-то время задумчиво смотрел на сына, в то время как в зале повисла напряжённая тишина. В реплике принца многие усмотрели некоторую дерзость. Даже Делвин-Элидир, оторвавшись от карты, поднял голову и обернулся к принцу, а потом взглянул на короля. Заметив его взгляд, Ричард чуть заметно усмехнулся.
— По крайней мере, у тебя теперь хватает смелости говорить без дрожи в голосе, — произнёс он. — Не знаю, чья это заслуга, твоего учителя фехтования или ещё
кого-то, но судя по всему, ты готов отвечать за свои слова, потому я принимаю твоё предложение, за которое ты теперь несёшь ответственность.
Делвин-Элидир снова уткнулся в карту, чтоб никто не заметил, как он невольно закусил губу от досады. Король сам принял решение, но снова переложил ответственность за него, на сей раз на своего сына. А принц так наивно попал в расставленную для него ловушку.
После совета молодой барон спустился по лестнице во двор и вошел в тёплый, пахнущий скотиной хлев, где на сене устроились гвардейцы. Остальные члены совета поспешно садились на коней и разъезжались по своим лагерям. Снова начался дождь,