Повелитель теней. Том 3 стр. 339
спокойно ответил тот. — Но я мог бы отвести тебя туда, куда тебе нужно. Сделать что-то полезное для живых — не лучший ли это способ проститься с жизнью?
— Но если тебе так плохо...
— Неважно, — перебил незнакомец. — У меня нет дома. Какая разница, под каким деревом я окончу свои дни? Я всё равно не смогу забиться в нору, как больной зверь, и ждать смерти. Потому и брожу здесь без цели. Впрочем, если ты торопишься, то...
— Я не настолько тороплюсь, — проговорил Кирилл. — И если ты проводишь меня, я буду рад.
— Хорошо, но держись подветренной стороны, если не хочешь и дальше дышать моим смрадом. Идём, я отведу тебя на поляну, где мы сможем отдохнуть, а потом я поведу тебя к твоему летающему дому.
Он повернулся и тяжело двинулся по лесу, опираясь на свой посох, и звон колокольчика печально оповещал о его приближении всё живое.
Поляна оказалась небольшой, но уютной. Это был пятачок, поросший мягкой травой с маленькими цветочками, в окружении деревьев, низко склонивших свои ветви. Меж ветвей нежно сияло синевой небо ранней ночи. Под деревьями рос мягкий мох, напоминавший пышные зелёные подушки, на одну из которых с трудом опустился новый спутник Кирилла, пока тот, достав кинжал из ножен, обустраивал кострище. Он срезал под корень траву, снял вокруг полосу дёрна и уложил его на внешний край канавки вверх корнями. После этого собрал под деревьями хворост и, сложив его в шалашик, поджёг зажигалкой.
Он заметил, как его спутник немного приподнял капюшон, чтоб видеть костёр и протянул к нему изуродованные болезнью руки.
— Пора перекусить, — бодро произнёс Кирилл и достал из котомки полкраюшки пшеничного хлеба.
Отломив половину, он протянул её больному, но тот не пошевелился. Тогда Кирилл положил её рядом на землю и, отойдя за костёр, присел на траву и принялся за еду. Тот взял хлеб и начал есть, отламывая кусочки непослушными пальцами и поднося ко рту.
- Спасибо, что угостил меня хлебом, - тихо произнёс он, спрятав остатки в свою суму. – Я давно не ел такого. У меня есть вода, но я не могу дать тебе свою бутыль, не хочу заразить этой хворью.
- Не беспокойся, у меня есть фляга, - успокоил его Оршанин. – Не пора ли нам познакомиться? Меня зовут Кирилл. А тебя?
- Меня давно никто не звал по имени…
- Может, было некому. Но ведь мы будем какое-то время рядом, мне нужно как-то обращаться к тебе.
- Когда-то у меня было
имя, но я потерял его, когда стал мёртвым, - печально и загадочно изрёк тот.
- Какое это было имя?
- Арман. Да, меня звали Арманом…
- Хорошее имя, - кивнул Кирилл. – Прости что спрашиваю, но чем ты болен? Там куда мы идём есть врач и…
- Нет, моя болезнь смертельна и зашла слишком далеко. Она гложет меня изнутри. Это проказа. Она очень заразна и спасения от неё нет ни беднякам, ни королям.
- Мне жаль. В нашем мире тоже когда-то была проказа, но теперь её нет.
- Хотел бы я жить в вашем мире, - прошептал больной. – Но