Поверь своим глазам стр. 247
пытайтесь подняться, – велел детектив, оперевшись о мою спину, когда вставал сам.
Он уже тоже достал свое оружие.
– Гарри!
Ответа не последовало.
– Гарри?
Дакуэрт вставил ключ, повернул его и осторожно взялся за ручку, одновременно медленно открывая дверь.
– О Господи… – произнес он, заглянув внутрь.
75
– Я бывал здесь раньше только однажды, – сказал Томас, когда мы свернули с шоссе к ухоженной территории городского кладбища Промис-Фоллз. – Это было после смерти мамы, помнишь?
– Конечно, помню, – ответил я, замедляя ход «ауди», когда мы въехали на узкую мощеную дорожку и мимо окон стали проплывать надгробия и фамильные склепы.
На сей раз Томас, который и так был невысокого мнения о «Марии» – моей механической леди, озвучивавшей встроенную в панель приборов систему джи-пи-эс, даже не притронулся к кнопкам.
События последней недели заметно повлияли на него. Как, впрочем, на всех нас. Хотя Томас отличался от остальных. И уж мне-то всегда казалось, будто никаких перемен в нем произойти не может. Он был невольником своей болезни. Но даже он изменился, если сравнивать с совсем недавним прошлым.
Через два дня после самоубийства Гарри Пейтона я купил брату новый компьютер. Мы вместе установили его дома и подключили к Сети. Томас сразу же зашел на сайт «Уирл-360», а я спустился вниз
и открыл бутылку пива.
Не прошло и двадцати минут, как Томас присоединился ко мне в кухне. Время обедать, а тем более ужинать еще не пришло. Но ему захотелось сделать перерыв. Томас достал из холодильника банку колы, сел за стол, выпил ее и вернулся наверх. Когда позднее я заглянул к нему в комнату, он читал в Интернете «Нью-Йорк таймс». Поистине чудесам не было конца.
Томас побывал на очередном приеме у доктора Григорин, и после сеанса она сказала мне, что тоже заметила перемену в своем пациенте.
– Теперь нам осталось только подождать, – заключила она. – Но, как мне кажется, он быстро привыкнет к новой жизни. Не хочу преувеличивать значения этого события, но смерть Гарри Пейтона могла раскрепостить Томаса, сделать его свободнее. Ведь Гарри, видимо, был одной из важнейших причин, почему Томас так упорно отказывался выходить из дома.
Если верить Томасу, то сам он с нетерпением ждал переезда на новое место.
– Наш дом, – сказал он мне утром, – слишком живо напоминает мне о маме и папе. Пока мы жили здесь с отцом, все еще было ничего. Но теперь, когда не стало их обоих, это место кажется мне почти чужим. – И добавил: – И я знаю, что ты не хочешь жить тут со мной.
– Томас, это не совсем…
– Ты хочешь жить с Джули. Чтобы заниматься с ней сексом.
– Да, – промямлил я.
– И мне вовсе не нужно, чтобы ты снова втянул меня в какие-нибудь неприятности, – заявил он.
Это стало для него в последние дни излюбленным рефреном. Словно именно я уронил первую костяшку в цепочке домино. Словно это я увидел в Интернете изображение Бриджит Янгер.
После завтрака брат попросил отвезти его на могилу отца, чтобы он смог наконец отдать ему последний долг памяти и уважения. Я уже успел рассказать ему о том, что случилось в офисе Гарри Пейтона. И о той версии, которая