Пожар Сиболы стр. 16
планеты.
— Никакой эвакуации. Этого самозахватчики не дождутся, — возразил Мартри. — Все, кто сел, там и останутся. Мы пошлем людей для их поддержки. Не знаю, что там они хотят исследовать, но мы уж постараемся, чтобы работа двигалась. И чтобы каждый внизу своими глазами увидел, как она движется.
— Есть, сэр, — немного смутился Хэвлок.
— Рив, вы отправитесь вниз. Разберетесь с местными. Узнаете, что сумеете. Обеспечите безопасность наших людей. Мы должны продемонстрировать силу.
— Но не в такой степени, чтобы телезрители дома начали их жалеть, — добавил Рив так, будто соглашался с начальником.
— Вэй, наблюдайте за вражеским кораблем. Если он начнет греть двигатель, я должен об этом знать.
— Разрешите подстроить соответственно лазерный коммуникатор?
На «Эдварде Израэле» не было ни торпед, ни гауссовых пушек. Единственное, что могло сойти за оружие, это древний лазерный передатчик, если с ним повозиться. В те времена, когда строился корабль, космос грозил людям радиацией и удушьем, а не преднамеренным насилием. Тихая была жизнь.
— Нет, — ответил Мартри, — просто мониторьте все их действия, слушайте разговоры и докладывайте мне. Решать, если что, буду я. Никакой инициативы, ясно?
— Да, сэр.
— Хэвлок, останешься здесь для координации с наземной группой. Челноки используйте по необходимости для доставки на поверхность людей и материалов. Нам нужна база, и мы начинаем ее обустройство.
— А
если новая атака, сэр? — спросила Вэй.
— Это уж будет выбор самозахватчиков, и мы отнесемся к нему с уважением, — ответил Мартри.
— Не уверена, что понимаю вас, сэр?
Улыбка Мартри не коснулась глаз.
— Каждый вправе сам выбирать свою судьбу.
Каюта Хэвлока была немногим просторнее камер в его каталажке, но заметно уютнее. Закончив смену, он устраивался в койке, когда в дверь негромко постучали и Мартри, подтянувшись за раму, вплыл внутрь. Шеф был мрачен, но не мрачнее обычного.
— Что-то случилось, шеф? — спросил Хэвлок.
— Ты работал с астерами, — сказал Мартри. — Какого ты о них мнения?
— Люди как люди, — ответил Хэвлок. — Одни лучше, другие хуже. У меня остались друзья на Церере.
— Хорошо. Но что ты о них думаешь?
Хэвлок в задумчивости заерзал так, что натянулась предохранительная сетка на койке.
— Они — островной народ. Можно сказать, отдельное племя. Думаю, наиболее общая их черта — нелюбовь к обитателям внутренних планет. Хотя марсиан еще кое-как терпят. Психология малой гравитации.
— Значит, ненавидят в основном землян, — подытожил Мартри.
— Ненависть их объединяет. Уверенность, что земляне их угнетают, — пожалуй, единственное, что между ними общего. Они культивируют эту идею. Ненависть к таким, как мы, делает астеров астерами.
Мартри кивнул.
— Знаешь, кое-кто назвал бы такое мнение предрассудком.
— Это предрассудки, пока вы не оказались среди них, — ответил Хэвлок. — Я работал на станции Церера перед захватом ее АВП. На своей шкуре испытал.
— Что ж, думаю, ты прав, — кивнул Мартри. — Об этом я и хотел поговорить. Не для протокола. У нас на борту в основном земляне, в лучшем случае, марсиане. Но есть и несколько астеров. Например, тот техник, как там его?
— Вишен?
— Он самый. Не упускай их из вида.
— Что-то затевается?
— Просто эти самозахватчики — в основном астеры или внешники, а РЧЭ — земная компания. Плохо, когда люди сомневаются, кому принадлежит их верность.
— Да, сэр, — согласился Хэвлок и осторожно уточнил: — Что-то происходит, сэр?
— Пока нет. Но…