Пожиратели стен стр. 92
с трудом боролась с тошнотой.
Серена провела их в просторную комнату, где ее родители вяло трудились, разливая банановый сок по керамическим кувшинчикам.
— Мама! Папа! — крикнула девочка. — Меня чуть не поймали вампиры. Они унесли Бобо, моего песика. Эти люди спасли меня.
Мужчина и женщина рассеянно кивнули в ответ, не выразив ничего, кроме вежливого интереса. Глаза у них были полуприкрыты, как у сомнамбул.
— Не обращайте внимания, — прошептала Серена, обернувшись к Зигрид. — К вечеру они всегда в таком состоянии. Когда я вырасту, я стану такой же.
— И тебя это не огорчает? — удивилась Зигрид.
— Нет, — спокойно отозвалась девочка. — Когда спишь на ходу, перестаешь бояться вампиров, а это уже стоит того.
Предоставив родителям заниматься своим делом, она поставила на стол миски и наполнила их овощным рагу, которое пахло очень аппетитно. Зигрид и Макмо тут же вспомнили, что умирают с голоду.
— Какое странное место, — проговорила Зигрид между двумя ложками еды. — Этим людям непременно нужна помощь.
— Лучше всего ты им поможешь, уничтожив компьютер Директории, — заметил Макмо. — А пока ты ничего не можешь для них сделать.
— Вы будете спать здесь, — решила Серена. — Завтра я покажу вам нашу плантацию. Если захотите, там найдется работа и для вас.
Зигрид догадалась, что девочка принимает их за эмигрантов, сбежавших из собственного жилого блока, и решила, что не стоит разубеждать ее в этом.
Когда с ужином было покончено, Серена показала им, где можно лечь — в углу общей комнаты, на набитых сеном тюфяках, которые обычно предназначались для поденных рабочих. Родители девочки все это время взирали на происходящее с абсолютным равнодушием. Они очень медленно поели, то и дело засыпая прямо над тарелками.
— Если мы задержимся здесь слишком надолго, мы станем такими же, как они, — нервно прошептал Макмо. — Так что об этом не может быть и речи, сестренка. Раздобудем эликсир — и ходу отсюда.
Пожелав им спокойной ночи, Серена взяла родителей за руки и повела их в спальню. Если бы она этого не сделала, взрослые так и уснули бы за столом, уронив головы в грязную посуду.
Зигрид пришлось признаться самой себе, что и она чувствует себя все более сонной, как будто напилась снотворного. Она растянулась на жестком тюфяке, даже застонав от облегчения.
«Кажется, я могла бы проспать целую неделю, — подумала она. — Наверное, это плохой знак, что мысль об этом меня совсем не пугает».
И, едва сомкнув веки, Зигрид провалилась в сон.
Среди ночи ее разбудило жуткое ощущение удушья. Как будто железная рука сжимала ей горло, не давая вдохнуть.
«Кто-то пытается убить меня!» — поняла она и, хрипло вскрикнув, принялась отбиваться. Странно, но ее удары никого не настигли. Никакой враг не склонялся над ней в темноте; была только эта рука, вцепившаяся ей в шею. Рука, лишенная тела, — ничейная рука, исполнявшая свою смертоносную работу с тщанием хорошо отлаженного автомата. Зигрид попыталась отодрать ее от себя, и ее ногти впились в упругую, резиновую на ощупь плоть, в которой не было ничего человеческого.
«Это спрут! — подумала она, задыхаясь. — Маленький спрут, обвивший мое горло своими щупальцами».
Силы ее быстро таяли, она уже теряла сознание.
К счастью, Макмо проснулся от шума и кинулся ей на помощь. Зверски ругаясь, он вцепился в