Практика стр. 211
Я же яблоньки удобрю, а они, яблоньки-то, очень кровушку уважают. Вот у меня отец-то, наемничал, а потом трактир открыл. Какое у него кладбище было под яблонями, — мельничиха покачала головой, — а какой потом сидр, м-м-м, упиться и не встать!
— Ага, лечь, под теми самыми яблоньками, — передернулась я. — Берите землю, берите. Нам и удобней, будет куда носить.
Мельничиха многословно нас поблагодарила и умчалась, только юбка и мелькнула за домами.
Мы устроились на телеге, Кариса зажгла желтый осветительный шар, а Вьюга подобрал поводья. Смысла загонять коняшу не было — животина нам досталась на редкость ленивая и флегматичная. Прежний хозяин пытался переломить коняшин характер и раскрасил пегую спину длинными шрамами. Правда резвее бегать животинка не стала.
Я успела задремать, проснулась только когда мы подъехали к крепости. Вьюга с Вереном отправились на конюшню, а мы с Карисой и Лием заглянули на кухню за сухпайком и поднялись к себе. Где нас заждался сюрприз.
— Радость велика, — хмыкнула я и поставила на стол поднос.
На моей постели спал Кигнус. Я присела рядом и осторожно потрясла его за плечо. После чего выяснилось, что насильно разбуженный легендарный швыряет проклятья на звук. Благо, что после сам же и снимает, потому что оставаться зелеными и пупырчатыми нам не хотелось.
— А в чем смысл такого проклятья? Если это враги, то им все равно будет, — протянула я.
— А-ах-м-м, — широко зевнул Кигнус, утащил пирожок и жуя ответил, — так это первая стадия. Дальше из организма исчезает вся вода и все, нету больше организма.
— Здорово, — передернулась Кариса.
— А ты к нам каким ветром? — осторожно спросила я, глядя с какой скоростью легендарный поглощает пирожки.
— Думал, над свадебным подарком. И придумал. Кариса пойдет со мной в столицу, за платьем. Я плачу, — потянулся Кигнус, доел пятый пирожок и встал, — давай, ваша знакомая эльфийка уже в нетерпении.
Волчица бросилась на шею Кигнусу и смачно расцеловала в обе щеки.
— Спасибо!
— Да не за что.
В этот раз легендарный не стал подниматься на стену, а исчез прямо из нашей комнаты. Лий сочувственно потрепал меня по волосам:
— Он просто не понял.
— Угу, — буркнула я. — За Рис я рада. Но почему мой же предок не догадался, что и мне, на моей чудо-свадьбе тоже хотелось свадебного, эльфийского платья?
Лий только вздохнул и достал маленькую бутылочку, к которой прилагалась серебряная рюмочка.
— Эльфийский плодовый ликер с мятой, — торжественно произнес он. — Тысяча золотых за бутылку.
— Он мне теперь в горло не полезет, — ошеломленно выдавила я.
Эльф рассмеялся и налил мне тягучей, густой янтарной жидкости. Пригубив, я прикрыла глаза — и правда вкуснотень. Сладость и легкая горечь, капелька кислинки и мятное послевкусие.
— Но все же не понимаю, почему так дорого, — вздохнула я.
— Мы почти не пользуемся деньгами, — пожал плечами Лий. — У нас входу не золото, а магическая энергия заключенная в драгоценные или полудрагоценные камни. Поэтому работать на продажу почти никто не хочет, а спрос большой. Вот и вздернули цену, чтобы лишний раз никто не покупал.