Практика стр. 53
к нему же и вернемся, изгадил лабораторию донельзя.
Стражники расхохотались, больше всех обрадовался Жад.
— А почему он так вас боится? — заинтересовалась Кариса.
Жад похлопал себя по пухлым щекам:
— Вон он чего мне устроил. Я и пообещал его на дуэль вызвать. Конечно, он во дворце под защитой императора. Но рано или поздно рискнет выйти. А я не забуду, я на свою рожу каждый день любуюсь.
Верен потер кончик носа и задумчиво пробубнил:
— Зайдите вечером, я у вас соскоб с кожи возьму и посмотрю. Может, смогу убрать или хоть уменьшить.
— Верен, ты про свой текущий проект не забыл? — с нажимом спросила я.
— А реставрации портрета, — подмигнул алхимик, — это не помешает.
— Если получится — буду благодарен, — вздохнул Жад. — От меня невеста из-за этого ушла.
— И слава Лесу, — пропел эльф. — Это всего лишь щеки, хоть и, м-гм, большие. Значит, не слишком хороший человек ваша невеста.
— Да я понимаю, — махнул рукой стражник, — но ведь обидно же. И повышение накрылось, куда такую рожу гостям императора показывать.
— Вот это уже обидней, — сочувственно прогудел Вьюга.
Ребята вернулись на площадку, а мы с Карисой снова устроились на бочке. Так и просидели до обеда на солнцепеке. Волчице ничего не сделалось, а вот я на обед шла по стеночке и прочувствовано вспоминала взаимоотношения небесных светил. В крайне интригующей форме.
Наконец Лий сжалился надо мной и провел прохладными пальцами по лбу. На меня дохнуло невероятной лесной свежестью, озоном, я даже ощутила на языке привкус родниковой воды. Но есть все равно не захотела. Выдула весь морс и привалилась к стене.
Жад посмотрел на нас, что-то прикинул в уме и махнул рукой:
— Свободны, на сегодня.
— Так идемте с нами, — улыбнулся Верен, — сразу растащу вас на анализы.
Стражник крякнул, побледнел, но отступать не стал — несолидно. Да и разве может мелкий и тощий парнишка причинить вред?
Уже оказавшись в нашей мини-лаборатории, Жад судорожно сглотнул — набор инструментов поражал, а от портрета веяло могильной жутью.
— Это тот самый, проклятый портрет с галереи? Ох и радовались мы, когда он исчез.
Я прикусила губу — значит, о портрете знали все, но никто не его не трогал. Отчего? Надеюсь, мы не слишком вляпаемся из-за этого. В то, что все пройдет гладко, я уже не верю.
Императрица действовала мне на нервы — каждый раз, когда стражник поворачивался к картине спиной, дымка рассеивалась, и Диамин подмигивала или потягивалась. Или посылала воздушные поцелуи. Казалось, что женщина вот-вот шагнет на пол, настолько живой она выглядела.
Когда Жад ушел, я шумно выдохнула и покачала головой. А Диамин, сложив руки на груди, по-кошачьи фыркнула. После чего вышагнула из портрета, оставив на холсте свою бледную копию.
— А теперь, глупые дети, сядьте и послушайте старого, умного, мертвого оборотня, — властно произнесла Диамин.
И мы сели — кто где стоял, тот там и сел.
— Ни в коем случае нельзя проводить такие алхимические ритуалы вблизи некромантов! — Она гневно воздела руки. — А если бы я не вошла в разум? Если бы