Практикант 6 (СИ) стр. 62
потом, неприятно липла к разгоряченному телу. А обутые в изящные сапожки открытые стройные ножки, в коротких (на грани приличия) кожаных шортах, местами начинали предательски подрагивать из-за судорожного сокращения издерганных запредельными ускорениями мышц.
Однако вся эта предварительная чехарда с одиночными победами на арене блекнет и теряет всякий смысл, когда с той стороны к порталу стекается достаточно большое количество теневых тварей, и на песок арены зубасто-когтистые образины начинают выплескиваться из прямоугольной рамки непрерывным потоком…
Огромный круг арены всего за полминуты сужается для оттесненной к защитному куполу эльфийки до крохотного пятака шириной в три-четыре шага, отстаивать площадь которого от вала напирающих спереди и с боков монстров ей уже едва хватает прыти.
Залитая чужой кровью сабля претендентки поначалу смазанным вихрем мечется из стороны в сторону, разя теневых тварей аж в паре мест одновременно. А кастуемый нон-стоп свободной рукой Паралич воли превращает первый ряд монстров в лишенных цели истуканов. Но сумасшедший темп стремительно опустошает резервы сил одинокой воительницы. И физических. И духовных. Отчего безупречная в своем смертоносном танце эльфийка постепенно начитает замедлятся. Атакующие же ее теневые твари, напротив, с прибытием на арену новых и новых собратьев, становятся как будто все злее и напористей, словно подпитываясь сгущающейся под защитным куполом жаждой крови выходцев из потусторонней параллели.
Каст Параличом воли из левой руки через примерно минуту боя в кольце врагов перестает быть на все сто эффективном. А налившаяся свинцом усталости правя кисть утрачивает смертоносную резкость и начальную воздушную легкость. Как следствие, без того узкое кольцо подконтрольного льере Вариэль пространства в один ужасный момент вдруг резко сокращается практически наполовину. Почти сразу же ноги отбивающейся эльфийки начинают покрываться царапинами от задевающих на излете длинных когтей и рогов придвинувшихся монстров. Последней каплей для резко сдавшей воительницы стал треск задетой огромным рогом бестии и рвущейся на левом боку рубахи. Из глубокой царапины на боку ручьем льется уже собственная кровь. И, не успевающая отбиваться от вот-вот сомнущей ее зубасто-когтистой толпы, льера Вариэль отчаянным усилием, с привлечением всех внутренних ресурсов, реализует свой последний козырь, использовать который намеревалась гораздо позже.
Волна лютой стужи, исторгнутая разгоряченным телом девушки, разошлась во все стороны… И оказалась настолько сильной, что просочилась даже за периметр защитного купола, и заставила ежиться и хлопать себя руками по плечам зрителей на нижних ступенях трибуны за спиной претендентки. Но, разумеется, этот наружный эффект реализованной абилки, в разы подавленный защитным барьером купола, не шел ни в какое сравнение с ледяным ударом, нанесенным льерой Вариэль по тварям на арене.
Все выходцы из теневой параллели в десятиметровом радиусе вокруг эльфийки мгновенно обернулись натуральными ледяными статуями. Но даже оказавшимся за пределами эпицентра ледяной бури, более дальним зубасто-когтистым ублюдкам тоже пришлось не сладко. Из-за воцарившегося под куполом мгновенно кусачего мороза все они оказались временно деморализованы холодом и, как от чумы, шарахнулись от полукружья ледяных истуканов вокруг эльфийки, сбившись в плотную толпу на противоположном краю арены.
Сама же эльфийка, полностью обессилив, на своем пятаке свободного пространства, в тесном окружении «ледяных скульптур», едва не впивающихся в ее тело с разных сторон когтистыми лапами и длиннющими рогами, просто рухнула на колени. И, выронив в заледеневший песок саблю, попыталась хоть как-то согреться