Правая рука Дьявола стр. 120
клинка, а сердцевина горела белым.
У этого были очертания худого оборотня: невысокое, на четырех лапах, громадные плечи и длинные когти, которые царапали, когда оно припало к крыше и зарычало. Оно было соткано из тьмы, из очень глубокой тьмы и горящего пламени. За ним следовал конденсационный след, его жар испарял воду в воздухе.
Это и был цербер. Ни в одном из текстов маги нет даже примерного упоминания об этом.
«Я собираюсь рассказать маги пару вещей. Так скоро, как только выберусь отсюда живой».
Щелкнули обсидиановые зубы, Джафримель увернулся; он дважды выстрелил. Наблюдать за его сражениями было всегда странно, он двигался с такой быстротой и точностью, что этому не возможно не поразиться. Он ударил цербера, звук такой, словно арбуз уронили на раскаленный добела тротуар. Тот визгливо взвыл, а его глаза заметались по крыше и остановились на мне.
Мой меч горел бело-голубым, отбрасывая тени на крышу. Кольца искрились каскадом золота; изумруд в моей щеке горел.
Цербер издал невероятный визгливый вой. Его когти царапнули.
Джафримель снова ударил его сбоку, его обутые в ботинки ноги попали точно в цель. Оно покатилось, крутясь вокруг своей оси, и кинулось ко мне.
— Данте! Беги! — Джафримель метнулся за ним.
Я вдавила ноги в бетон, подняла меч, внезапное осознание загорелось под моей кожей. Я не убегу, я не оставлю его наедине с этой штукой, не важно, как трудно будет ее убить.
— Анубис! — закричала я. Моя щека внезапно вспыхнула от боли, когда изумруд ответил. Я прыгнула вперед…
…и была сбита в сторону врезавшейся в меня тяжестью, покатилась в сплетении рук и ног, стараясь держать меч так, чтобы он не порезал меня. Я бросила проклятье в того, кто сбил меня, неожиданно получила удар локтем в лицо – краткая, невероятно яркая вспышка боли.
Цербер пролетел там, где я стояла, и врезался в блок. Полетели искры, зашипел пар, когда взорвался климат контроль. Бело-голубые искры полетели вверх. Я закричала, вскинула руку, чтобы защититься от вспышки, свет обжигал привыкшие к темноте глаза. Услышала яростное рычания, скрежет когтей, и проклятие на неприятном языке демонов, от чего кровь застыла в венах.
МаКенли освободился, быстрым движением поднялся на ноги. Я сплюнула кровь. Вытряхнула внезапный удар из своей головы. Слышался сильный хрустящий звук, снова царапание когтей. «Sekhmet sa’es, похоже там есть еще. Ох, пожалуйста, Джаф, не поранься, я сама по себе…»
МакКенли, темные глаза горят, поднял свою левую руку. Странный металлический слой на ней сверкнул как ртуть.
— Давай, — сказал он тихо и напряженно. — Давай!
«С кем он, черт возьми, разговаривает – со мной или цербером?»
Цербер зарычал, и Джафримель, его пальто развевалось за спиной, дважды выстрелил ему в голову. Джаф опустился на цербера. Я болезненно поднялась, увидела, как он грациозно уклонился от смертельных когтей, когда вырвал жизнь из цербера. Затем он поднялся на ноги, на его руках дымилась черная кровь, и издал единственное слово, от которого я закрыла уши, рукоять меча уперлась в мой висок. Там лежала еще одна низкая фигура – на крыше лежал второй цербер, скрученный и разорванный. «Откуда, черт возьми, он появился? Anubis et’her ka, их было двое?»
Тела крутились, бились