Правдивая история про девочку Эмили и ее хвост стр. 68
Умолкнув, он выжидательно уставился на Нептуна.
— Мистер Правоплав! Не ждите от меня аплодисментов! ПРОДОЛЖАЙТЕ!
Мистер Бистон покраснел как вареный рак.
— Да, конечно, Ваше величество. Одним словом, мне удалось бежать и искать помощи у сурового плавника правосудия.
— Вы обратились к страже?
— Так точно, Ваше величество.
— Благодарю вас. — Нептун стукнул трезубцем об пол. — ЗАЩИТА! — гаркнул он. — Мистер Плавнитонк? Ваш первый свидетель?
Тритон в черном пиджаке вскочил со своего кресла.
— Благодарю вас, Ваше величество.
Я окинула взглядом зал суда, пытаясь угадать, кого он собирается вызвать в свидетели.
— Встань, — буркнул мне стоящий рядом охранник. — С тобой будут говорить.
Он стащил меня с камня и
подтолкнул в сторону трона. Я испуганно приблизилась к Нептуну и, вспомнив, как поступали остальные, поцеловала кончик его бриллиантового хвоста.
Дернув себя за бороду, Нептун наклонился вперед.
— Ты понимаешь, в чём тебя обвиняют? — спросил он чуть менее громко.
— Кажется, да.
— Ну, так говори, — рассердился он. — Тебе есть что сказать в свое оправдание?
— Ну… я… — Смолкнув, я осмотрелась по сторонам. Отовсюду на меня таращились тритоны и русалки. Некоторые тихонько переговаривались или даже смеялись. Наверное, надо мной. От этой мысли мой хвост дрогнул, и я уже готова была ответить, что сказать мне особо нечего, но тут поймала мамин взгляд. Приспустив на мгновение маску, она улыбалась мне.
— Не заставляй меня ждать, — заворчал Нептун.
И тут я поняла, что надо говорить.
— Э-э, мистер…
— По-твоему, я похож на мистера? Или на гражданина? А?
Я стукнула хвостом о пол и нервно оглянулась.
— Ваше величество, — поправилась я. — Я понимаю, что это звучит несколько странно, но хочу сказать, что рада здесь очутиться.
Удивленный ропот пробежал по залу и по рядам зрителей по ту сторону стеклянной стены. Журналисты яростно застрочили в своих блокнотах.
— Она сказала, что рада? — переспросили в одном углу.
— Это что, шутка?! — испугались в другом.
— Именно об этом я и мечтала всю жизнь, — заторопилась я. — Конечно, не о том, чтобы оказаться за решеткой до конца своих дней, а о том, чтобы попасть сюда, к вам. Мне здесь ужасно нравится.
Я покосилась на маму.
— Мне известно, что наполовину я человек, и у меня замечательная мама. Она вырастила меня совсем одна и всё такое. Но папа у меня тоже замечательный. И не только потому, что он тритон, благодаря чему я наполовину русалка. — Тут я храбро посмотрела Нептуну прямо в глаза. — Хотя это чрезвычайно круто.
Нептун нахмурился.
— То есть, хлестко. Я горжусь своим папой, поскольку он верит в настоящую любовь. — Тут я вытащила из кармана папины стихи. — Несмотря на долгие годы, проведенные в тюрьме, его чувства к нам ни чуточки не изменились.
Я бросила взгляд на Нептуна. У него уже начала подергиваться щека, в глазах пробегали гневные огоньки. И всё же он как будто немного расслабился: по крайней мере, перестал сжимать свой трезубец.
— Вы не можете заставить людей разлюбить друг друга только потому, что это запрещено законом.
Толстая русалка, сидящая на крабе, украдкой смахнула слезу. Другая вытащила из кармашка носовой платочек. Кое-кто закивал, из задних рядов послышалось: «Она в чём-то права».
Нептун громогласно вздохнул и выразительно зевнул.
— Мой папа влюбился. Ну и что? А я-то чем виновата, почему должна расти без