Правила соблазнения стр. 31
она знает нечто важное и опасное, но никому ничего не говорит, потому что вынуждена защищать себя и сына.
А значит, она лгунья.
И сейчас Ванс разговаривает со службой безопасности. Неужели о ней? Кто-то что-то заметил? Неужели за ней следит еще кто-то, кроме шантажиста?
Открыв почту, она выбрала последнее письмо с угрозой, что получила этим утром. Не в силах больше выносить постоянное давление, она действительно попыталась открыть старые файлы, но почти сразу же их закрыла. Она не может. Только не с «Ваверли». Только не с Вансом.
Быстро напечатав, что ей нужна отсрочка, Шарли отправила письмо шантажисту. Только это ей не поможет. Пытка закончится лишь тогда, когда она или предаст Ванса, или возьмет Джейка в охапку и убежит.
Только куда ей бежать? У нее никого нет, все знакомые живут в Нью-Йорке, да и денег, чтобы устроиться на новом месте, не хватит.
Лампочка на второй линии погасла, и Шарли застыла. Ванс договорил со службой безопасности. И что дальше? Ее арестуют? Уволят?
– Бабуль, как бы я хотела, чтобы ты все еще была со мной. Я бы без оглядки бросилась домой…
Прошептав эти слова, она сразу же устыдилась. Бегство – не выход. Она должна выдержать все до конца и, глядя Вансу в глаза поклясться, что ни за что не предаст «Ваверли».
Черт.
Как же страшно.
Но стоило решиться, и положение уже не казалось таким безвыходным. Только после того, как она расскажет ему о своем прошлом, Ванс уже точно не захочет иметь с ней ничего общего, а жаль. Ей будет его не хватать. Ну а сперва…
Нажав кнопку интеркома, Шарли дождалась сухого вопроса:
– Да?
– Ванс, мне нужно отойти, вернусь через пятнадцать минут.
– Ладно.
Суровый непреклонный тон… Шарли в стотысячный раз поразилась тому, как этот невероятно жесткий на работе человек невообразимо меняется, стоит им лишь остаться вдвоем.
Перед решающим разговором ей нужно увидеться с сыном.
Только когда она спустилась к малышу на четвертый этаж, он спал.
Скользнув в спальню, она склонилась над беспокойно сопящим во сне сыном, осторожно взяла его на руки и уселась в кресло-качалку.
– Извини, дорогой, – прошептала она, гладя мальчика по спинке. – Я действительно старалась дать тебе все самое лучше, но что теперь делать, даже не представляю.
Чуть крепче прижав к себе теплого малыша, Шарли глубоко вдохнула. Чтобы ни случилось, у нее всегда останется Джейк, и она ни за что его не подведет и сделает так, чтобы он рос в теплом безопасном мире.
– Я обязательно придумаю, как все исправить. Все еще будет хорошо. – Кого она
пытается убедить? Джейка или саму себя? Да и какая разница? И зачем вытирать катящиеся по щекам слезы, раз ее здесь все равно никто не видит?
– Почему ты плачешь?
Подняв глаза, она увидела замершего в дверях Ванса Ваверли.
– Все в порядке, – сказала Шарли, да и что ей еще оставалось?
– Сидишь одна в темноте, прижимая к груди сына, и плачешь. Что-то явно не в порядке. – Придвинувшись чуть ближе, он посмотрел ей прямо в глаза. – Я должен кое-что знать. Ты шпион, Шарли?
– Нет, – ответила она тихо, легонько поглаживая Джейка и безуспешно пытаясь стереть все еще катящиеся по щекам слезы.
Вот и все. У