Правильная клиника, или 13 шагов к успеху стр. 103
Он заодно станет присматривать за санаторием. Непредсказуемые внезапные наезды эффективнее постоянного присутствия. Так что нам нужен холостой, легкий на подъем, коммуникабельный, педантичный мужчина с развитой самоорганизацией, в возрасте от тридцати до сорока пяти лет. С разговорным английским. Его нужно подобрать еще до поездки в Непал. Прихватим с собой, заодно и присмотримся.
— В принципе, можно и на месте подобрать, — сказала Лариса. — Там россиян много…
— Ага! — хмыкнул Павел. — Много! Жены непальских бизнесменов и дауншифтеры-бездельники. Нам такие кадры не нужны, пусть их конкуренты забирают. Кстати, а как обстоит дело с конкурентами?
Великий Всезнающий Гугл ответил, что конкуренция нулевая. Никто из российских оздоровителей не
имел филиала в Гималаях. На удивление быстро нашелся кандидат в руководители офиса. Кандидату было тридцать три года, он несколько лет проработал администратором в гостиничном комплексе «Измайлово», затем на паях с двумя приятелями открыл небольшую гостиницу в центре, но был выдавлен из бизнеса сразу же после того, как гостиница вышла в прибыль. Еще один пример того, что если у бизнеса больше одного, но меньше десяти владельцев, то между ними непременно начнется «борьба за выдавливание».
— Возвращаться в администраторы мне не хочется, новый бизнес начинать — тем более, и вообще хочется уехать куда-нибудь подальше, обрыдла мне Москва, — объяснил свои мотивы кандидат.
Фамилия у него была интересная — Добросовестнов и хотелось надеяться, что она окажется говорящей. Первую «проверку на вшивость» кандидат прошел успешно — без разговоров согласился на неоплачиваемую двухнедельную стажировку в «Полезном санатории».
— Ты его нанял по непальским обычаям! — смеялась Лариса. — За еду и крышу над головой.
Практиканта поселили в одном из номеров и кормился он в столовой, вместе с пациентами.
— Я просто хочу проверить его вменяемость, — объяснил Павел. — То, что он согласился на неоплачиваемую стажировку — только половина дела. Надо посмотреть, как он станет себя вести. Если во время стажировки платят зарплату, то человек старается показать, что он отрабатывает полученные деньги, проявляет активность, может и из кожи вон лезть. А если ничего не платят, то можно и расслабиться…
Стажер не расслаблялся — сидел на приеме у разных врачей, три дня провел на кухне, мучил персонал вопросами, а под конец предложил изменить график уборки таким образом, что высвободилась одна санитарская ставка. Пустячок — а приятно. Директор санатория даже запаниковал, подумав, что активного молодого человека прочат на его место, но Павел его успокоил — готовим, мол, кадры для работы за рубежом. Сам стажер никому не рассказывал о том, что он собирается работать в Катманду, что Павлу тоже понравилось — зачем попусту трепать языком?
Пока Добронравов проходил стажировку, Лариса нашла в Москве кандидата в главные врачи гималайского филиала. Прави́н Прадха́н в июле 2018 года заканчивал ординатуру и должен был возвращаться в родной Катманду, «к разбитому корыту», как выразилась Лариса. Вообще-то разбитыми были надежды. Пока Правин учился в ординатуре, его отец, вследствие интриг недоброжелателей, лишился должности заместителя министерства здравоохранения Непала и уже не мог помочь своему единственному сыну ничем, кроме советов и наставлений. В такой ситуации гарантированное и хорошо оплачиваемое рабочее место, к тому же — начальственное, престижное, было подарком судьбы. Правин вцепился в этот подарок обоими руками.
— Уважения наша семья лишилась, но связи остались, — сказал