Предчувствие конца стр. 74
в этой жизни. Тебе предоставляется длительная остановка; времени достаточно, чтобы задаться вопросом: что еще я сделал не так? Я вспомнил компанию ребят на Трафальгарской площади. Вспомнил, как единственный раз в жизни танцевала девушка. Задумался о том, чего мне сейчас не дано ни узнать, ни понять, и о том, что вообще никогда не будет доступно знанию и пониманию. Вспомнил определение истории, которое дал Адриан. Вспомнил, как его сын утыкался в рулоны туалетной бумаги, чтобы только не столкнуться со мной лицом к лицу. Перед моим мысленным взором появилась женщина, которая беспечно, кое-как жарила яичницу-глазунью и даже бровью не повела, когда один желток растекся по сковороде; потом та же самая женщина, стоя под освещенной солнцем глицинией, сделала мне тайный знак ладонью в горизонтальной плоскости. А вслед за тем нахлынула залитая лунным светом бурлящая волна, которая тут же устремилась вверх по течению, преследуемая толпой горластых студентов с фонариками, прорезавшими темноту.
Аккумуляция. Ответственность. А дальше — хаос. Великий хаос.
О романе
Произведение потрясающей эмоциональной силы.
Завораживающая книга… своего рода детектив без преступления.
Возможно, лучший роман Барнса и уж наверняка — изумительная история, очень человечная и до боли реальная.
Репутация Барнса, и без того блистательная, с этой книгой поднимется на новую высоту. И пусть не введет вас в заблуждение скромный объем «Предчувствия конца»: тайна, составляющая сюжетный двигатель романа, заложена очень глубоко, там, где живут наши самые заветные воспоминания.
Лишь Барнс умеет с таким поразительным спокойствием, не теряя головы, живописать хаос и уязвимость человеческой жизни.
1
Название романа — «Предчувствие конца» (The Sense of an Ending) — Барнс позаимствовал из одноименной книги литературоведа Фрэнка Кермоуда (1919–2010), выпущенной в 1967 г. Книга эта представляет собой собрание лекций, в которых анализируются взаимоотношения прозы (от Платона до Уильяма Берроуза) с вековыми представлениями о кризисе, хаосе и апокалипсисе.
2
«Рожденье, и совокупленье, и смерть. И это все, это все, это все», — говорит нам Элиот. — Томас Стернз Элиот (1888–1965) — американец по происхождению, выдающийся британский поэт-модернист, драматург, переводчик, эссеист; лауреат Нобелевской премии по литературе (1948). Цитируется его стихотворение «Суини-агонист» (1926–1927), в переводе А. Сергеева.3
А когда мы обсуждали поэзию Теда Хьюза, он… процедил: «Всем любопытно знать, что он будет делать, когда исчерпает запас животных». — Тед Хьюз (Эдвард Джеймс Хьюз, 1930–1998) — английский поэт и детский писатель. С 1984 г. до конца жизни — Британский поэт-лауреат (т. е. придворный поэт, утвержденный монархом и традиционно призванный откликаться торжественными стихами на важные события в жизни государства и королевской семьи). В стихах Хьюза фигурируют ястреб, ворона, лось, лиса, речная форель и многие другие представители фауны.4
Генриха Восьмого… если бы Гольбейн написал его портрет. — Ганс Гольбейн-младший (1497–1543) — один из величайших немецких художников. Работая в Англии, создал портреты монарших особ, в том числе несколько портретов Генриха VIII, и эскизы парадных придворных облачений.5
…послал Папу Римского куда подальше. — Король Генрих VIII порвал с папством после того, как Папа Климент VII отказался аннулировать его брак с Екатериной Арагонской. Этот разрыв положил начало религиозной реформации в Англии, в результате которой король был объявлен главой англиканской церкви.6
«О чем невозможно говорить, о том следует молчать» — заключительный