Прекрасная партия стр. 129
фигуры не смогла бы уместиться в платье мисс Шелтон, но ей благодарная гостья подарила индийскую шаль, к полному восторгу этой доброй женщины. Не была забыта и Элси, в чьей комнате сейчас жила Сьюзен, — для нее оставили модную шляпку. Встреча с вещами, которые она успела полюбить, значительно улучшила настроение молодой леди, и Бет всячески старалась укрепить его, представляя, какое впечатление произведут они обе на грядущем музыкальном вечере у миссис Кремстоп, куда их пригласили, так как Бет должна была аккомпанировать певице.
В своем кабинете мистер Элингтон так и этак прокручивал в памяти разговор с мисс Шелтон. Ее слова не подтверждались никакими известными ему фактами, но он верил ей. Он зашел еще дальше, пытаясь по-другому взглянуть на ее поведение в Лондоне, чему немало способствовали последние два дня, проведенные им в своем семействе. Миссис Элингтон помыкала всеми, кто попадал в поле ее зрения, кроме него самого, хотя и не оставляла по пыток добиться успеха. Покладистая Люси выглядела вполне счастливой, Эдмунд в основном тоже казался довольным, но время от времени Джеймс замечал на его лице мученическое выражение. Это случалось в те моменты, когда миссис Элингтон распекала Сьюзен (не реже пяти-шести раз в день, надо сказать) или когда заставляла своих детей восхищаться преобразованиями, затеянными ею в доме для их блага, или в других подобных ситуациях, а их было предостаточно. Джеймсу стоило немалого труда уговорить ее не продавать другой дом, а продолжать сдавать его внаем. Решительно настроенная леди согласилась только после того, как пасынок вызвался оплатить строительство оранжереи. Позже Джеймс намеревался уговорить Эдмунда и Люси выступить единым фронтом и добиться права жить самостоятельно. Уезжал он с облегчением, вполне понимая нежелание мисс Шелтон возвращаться, что бы там ни произошло на самом деле. Теперь ему уже не казалось проявлением гордыни или капризом ее недовольство множеством поручений, которые взваливала на плечи девушки его мачеха. Когда же он попытался вспомнить причины, побудившие в прошлом столь плохо думать о мисс Сьюзен, память подвела его. Их первый спор произошел, когда они не сошлись во мнении об Италии, но, припоминая его детали, мистер Элингтон уже не мог понять, что вызвало его раздражение, — мисс Шелтон судила так, как только и могла судить начитанная леди ее возраста, и требовать от нее соответствия его мужским взглядам было нелепо. Жаль, что Джеймс не понял этого раньше и не перевел спор в русло шутливой болтовни. К сожалению, он не обладал способностью вести легкие разговоры, считая достаточной данью требованиям света любезное, предупредительное поведение по отношению к дамам и доброжелательное внимание
к джентльменам.
Но это не значит, что он не ценит остроумия и не находит удовольствия в доступных светскому человеку радостях. Серьезным беседам место в клубе, танцам и музыке — на балах. В Европе Джеймс удачно сочетал труды над своим образованием с увеселительными мероприятиями и старался сохранять прежний образ жизни и на родине. Насмешливые взгляды мисс Шелтон в вечер его приезда — вот что послужило первым камнем в стене между ними. Подобным образом смотрели на него легкомысленные француженки, явно считая его увальнем, неспособным им понравиться, и он привык противостоять этим взглядам и насмешкам, не опускаясь до грубостей, но давая понять, что