Препод под прикрытием стр. 76
ночь.
— Дай угадаю: при свете, да? Кошмары снятся?
— Ничего мне не снится!.. Поставь на ноги.
— Поставил, — согласился я у самой подъездной двери.
Она фыркнула, зыркнула на меня и достала ключи от подъезда. Открыла дверь и снова оказалась у меня на руках.
— Не шипи, малышка, на меня яд не действует, — хмыкнул я. — Этаж какой?
— Второй, — вздохнула она. — Я сама могу дойти.
— Зачем, если я есть? Зря седло дарила, что ли? — улыбнулся я.
Она доверчиво обняла меня за шею и неверяще смотрела, пока я легко поднимался на второй этаж.
— Открывай дверь, — я снова поставил ее на ноги и ждал.
Варя пока ничего не поняла и дверь открыла. Я прошел вместе с ней, запер дверь. Варя включила свет, а я спокойно снял обувь.
— Ты… — не поняла она.
— Ночую с тобой, — пояснил я, — что непонятного? Я как этот, которого на кровать вешаешь, а он плохие сны изгоняет.
— Ловец снов, — согласилась Варя. — А тебя обязательно вешать?
— Можно ложить.
— Класть, — поправила она.
— Одна фигня! Это, знаешь, как в стихотворении — «жопа есть, а слова нет». И вообще, я не русский. Давай, иди умывайся, переодевался в пижамку, и спать. Не спорь, хабиби, будет так, как я сказал.
— А если я полицию вызову?
— Полиция уже здесь, — я выпятил грудь вперед. — Давай, не сбивай сон. Потом еще повыясняем, что в семье главный мужчина, а пока спать. Приставать не буду, слово даю.
— Дамир…
— Ладно, если ты мне сейчас убедительно скажешь, что хорошо спишь, когда дома одна и тебе не снятся кошмары, — я уйду. Если не поверю, то либо остаемся тут, либо едем ко мне. Только учти, у меня в мозг вживлен датчик правды.
— А в язык ты что вживил? Ты язык тоже качаешь, чтобы тот не уставал столько болтать? — улыбнулась она.
— И не только для этого тренирую, но остальное я тебе позже покажу, — подмигнул я. — Не сегодня.
И улыбнулся, пока она открывала и закрывала ротик, явно подсчитывая, на какой уровень по шкале пошлости походило мое последнее заявление. Я бы поставил одиннадцать из десяти, но ей об этом пока рано знать.
Она снова зевнула, глазки покраснели, а я не выдержал:
— Женщина, спать!
— Ты…
— Упрямая, как дедушкин любимый ослик, — протянул я. — Ладно, сам отнесу.
— Не надо, — сдалась она.
Сняла наконец куртку, аккуратно повесила ее на вешалку и утопала в ванную комнату. Так-то лучше! Как будто я тут просто так командую парадом! Для нее стараюсь!
Идея забрать ее на каникулы в горы стала казаться все привлекательней. Подышит свежим воздухом, придет в себя, выспится, в конце концов.
Варя вышла из ванной и гордо ушла куда-то вглубь квартиры. Я пошел за ней, бегло осматриваясь. Трехкомнатная хата, из гостиной вели две двери в спальни, в одной из которых скрылась Варвара, а я остался в гостиной.
Она вышла через пять минут. Длинные волосы она расплела, и те волнами падали ей на плечи. Варя переоделась в белую пижамку без рисунка и несла мне подушку и одеяло.
Застелила диван простыней, положила подушку, одеяло и зевнула.
— Дверь не закрывай, — приказал я, — спорить тоже не рекомендую. Патриархат, все дела…
— Я с тобой завтра поговорю о патриархате, — пообещала она.
Развернулась и ушла