Прием у психотерапевта стр. 93
из-за того, что не убила меня! Мол, ее драгоценный Лорд помер, а я, такой урод, благодаря своей везучести и живучести остался жив, и теперь она переживает, что не довела начатое дело до конца. Но ничего, она скоро выйдет и все исправит. Было как-то не по себе, понимаете ли, и слегка неприятно.
— Да, думаю, неприятно. Но почему вы сидели в соседней камере с женой? Это что, не мужская тюрьма?
— Это общая тюрьма самого строгого режима. Там все равно заключенные не пересекаются друг с другом, — махнул рукой Рудольфус. — И это еще не все. С одной стороны была Белла. С другой — этот кретин Блэк с какой-то собакой все время разговаривал. Но в тюрьме было по крайней мере безопасно. А вот когда мы вышли… Да еще и этот козел Снейп…
— И что Снейп?
— Когда Темный Лорд сделал ему замечание, совершенно справедливое замечание по поводу его работы, это козел немного отодвинулся от Лорда и громким шепотом посоветовал провериться насчет инфекции.
— Какой инфекции?
— А Темный Лорд принялся чесаться и тоже задал этот вопрос. Выглядело это смешно, но смеяться над Лордом — подписать себе смертный приговор, — Рудольфус закатил глаза. — Снейп сказал, что, похоже, ПМС — это
вирус, понемногу съедающий мозг и здравый смысл, и что он, несомненно, очень заразен. Поэтому, когда этот паразит просыпается, нужно бежать подальше в лес, закапываться в землянку, не подавая признаков жизни, да и дышать через раз. В противном случае носитель недуга найдет свой обожаемый объект, и, не дай Мерлин, поглотит многоуважаемого Лорда полностью и без остатка. И при этом этот козел выразительно так покосился на Беллу. У Темного Лорда даже его дар красноречия пропал. А Белла…
— Подозреваю, мечтает отомстить Снейпу?
— Еще как, причем случайные жертвы ее, по-видимому, не волнуют. Пока все это только в теории, но знаете, как страшно? Хотя я Снейпу даже немного благодарен. Теперь она не так сильно хочет убить меня, как жестоко расправиться над этим нехорошим человеком.
— Мистер Лестрейндж, а вы никогда не задумывались о разводе? Если вам настолько некомфортно в обществе друг друга, что вы каждый раз рискуете нарушить закон, то, возможно, вам будет проще, если вы прекратите соприкасаться хотя бы как супруги?
— Но разводы… — Рудольфус вскочил. — Ну конечно! Ведь не обязательно развод, чтобы кое от кого избавиться. Как мне это раньше в голову не пришло? Проклятое воспитание!
Он побежал к двери, но на полпути свернул в сторону стола и высыпал на него горсть печально знакомых Кетти золотых монет.
— Спасибо вам! Раби был прав, вы истинная волшебница, — и Рудольфус выскочил за дверь.
— Надеюсь, что никто никого не убьет, а оставшийся в живых не попадет снова в тюрьму особо строгого режима, где можно собак в камерах содержать, — Кетти перебирала монеты, задумчиво поглядывая на ежедневник. Затем она схватила ни в чем не повинную вещь и с силой швырнула об стенку. — Я так больше не могу. Все, с меня хватит! Никаких больше клиентов, никакого больше Дамблдора и Хогвартса. Я хочу на Канары, как Рабастан Лестрейндж.
Ежедневник, ударившись о стену,