Приют охотника стр. 309
Они никогда не говорили мне об этом.
– Мне тоже. – Она освободилась от моей руки и подошла к нему. Они обнялись. Не отпуская ее, он повернулся к нам.
– Я сын Зигфрида из Хольценвальда и княжны Свежерозы Верлийской.
– К черту вступление! – вскричал
я. – Рассказывай быстрее!
– Ваше величество! – угрожающе напомнил Фриц.
– Прошу прощения, ваше величество! Конечно, ваше величество!
– Вот так-то лучше! Вот что она мне рассказала: они направлялись на север, в Фолькслянд. У моего отца там проживала семья. Честнодоблесть тоже был с ними – верный слуга ей, друг ему. Их отряд попал под лавину. Честнодоблести удалось выбраться, и он с несколькими другими спасшимися начал копать. Они нашли ребенка – меня. Он решил отправиться за помощью и взял меня с собой, пока я не замерз в метель. Он добрался до этого постоялого двора.
– И мама взяла дитя? – не выдержала Фрида.
– Да. И Верл была завернута вместе со мной, конечно. Но он не нашел здесь помощи – тут не было тогда ни одного постояльца. Это было в ту самую ночь, когда ты родилась. Отец не мог оставить свою жену с новорожденным младенцем, ясное дело. Так что Честнодоблесть ушел один. Он попал под другую лавину.
Некоторое время слышался только шум ветра в деревьях и капель за окном…
– Моя дочь тоже погибла? – Голос старухи звучал почти неслышно.
Фриц помолчал немного, прежде чем ответить.
– Нет. Их с Зигфридом откопали, и они ушли на юг с остальными. Весной они прошли на север через другой перевал, считая меня погибшим.
– Она еще жива?
– Верл сказала, чтобы я передал тебе: Свежероза нашла свое счастье, и тебе не надо больше искать ее.
Хольценвальд был единственным городом, в который я не заходил летом. Интересно, почему?
– Но у нее были еще сыновья? Дочери?
– Это все, что мне позволено сказать, госпожа моя!
Бог явно рассказал Фрицу больше, гораздо больше. Он говорил негромко, но в голосе его появилась некая царственная уверенность. Старуха снова согнулась в своем кресле и замолчала. Если мать Фрица до сих пор жива, замужем и у нее почти взрослые дети, вряд ли она рвется на родину. Свежероза всегда была себе на уме, и я не сомневаюсь, что бог тоже прекрасно знал это.
– Мне было сказано, чтобы я отправился с тобой в Верлию, и обещано, что весной Хол признает меня законным царем страны. – Фриц посмотрел сверху вниз на свою пораженную приемную сестру. – Нам придется бросить постоялый двор, дорогая. Я знаю, это покажется ненормальным, но у нас теперь целое царство.
– О нет! – Фрида освободилась от его руки. – Мама и папа не одобрили бы этого! И потом, представь себе, что будет, если Хол не признает тебя? Я подожду здесь до тех пор, пока не получу от тебя официального приглашения на коронацию.
– Но я не могу оставить тебя здесь одну!
Она невесело усмехнулась:
– Это мой постоялый двор, не твой! Твое царство, не мое!
– Ты всегда будешь желанной гостьей, и ты всегда будешь моей сестрой. Госпожа Фрида! Я пожалую тебе