Приют пилигрима стр. 112
замочить. Столь изящно найденный выход — требовалось всего лишь задеть кувшин с обыкновенным какао — свидетельствует о незаурядном уме и находчивости. Ты был совершенно прав, Рэнди, подчеркивая, насколько это дело опасно.
Марч взглянул на нее.
— Вы обвиняете мисс Жанетту в убийстве племянника? Или мисс Дэй? На том основании, что опрокинулся кувшин какао и испачкались два халата? Нет, это просто фантастика!
Мисс Силвер не выказала ни малейшей обиды.
— Я же никого не обвиняю. В данный момент меня интересуют факты и то, что могло произойти. Допускаешь ли ты, что на одежде убийцы Генри Клейтона могли оказаться кровавые пятна? Его закололи. Его тело убийце пришлось втащить в лифт и снова вытащить в подвале. Потом переложить в тележку, потом снова из нее вынуть и засунуть в трубу, где его и нашли. Нож надо было выдернуть из раны, потом вымыть и убрать. Ты полагаешь, что все это можно было проделать, не испачкав свою одежду?
— Вероятно, нет.
Мисс Силвер склонила голову.
— Итак, ты вовсе не обязан признавать, что вероятней всего одежда была в крови, но все же ты это признал. Но на следующий день в доме оказались две запачканных вещи, это ты уже вынужден признать, поскольку это уже не вероятность, а факт. И возникновению этих пятен дано отличное объяснение. Можешь ли ты придумать более простой и убедительный предлог? Любой может опрокинуть кувшин с какао. Это и проделала одна из двух женщин.
Голос Марча посуровел:
— Да мало ли что каждый день проливается и пачкается?
Мисс Силвер кашлянула.
— Мой дорогой Рэнди, теперь ты понимаешь, почему я не хотела излагать тебе свои подозрения? Мой вывод не укладывается в твои версии, и этот эпизод с какао кажется тебе слишком примитивным и неубедительным. Так как я намерена быть честной до конца, то сообщу тебе, что, если бы пятна оказались на куртке Робинса или на любой другой его одежде, ее не нужно было бы отсылать в чистку. Представление о том, что кровавое пятно трудно вывести, ложно. Если замочить одежду в холодной воде прежде, чем кровь высохнет, то пятно сойдет достаточно быстро. А на темной шерстяной материи потом не останется никаких следов. У миссис Робине репутация умелой прачки и гладильщицы. Да и сам Робине вряд ли мог проработать тридцать лет дворецким и не выучиться азам двух этих весьма полезных искусств.
— Благодарю вас! — С улыбкой проговорил Марч.
Фрэнк Эбботт уже ничего не писал. Откинувшись на спинку кресла, он с наслаждением слушал мисс Силвер — восхищаясь ясностью ее ума, способностью мыслить непредвзято, без всяких подтасовок, избегая слишком скорых выводов и сиюминутной выгоды.
Мисс Силвер ответила Марчу улыбкой:
— Итак, я изложила первый из двух своих маленьких фактов. Он не произвел на тебя впечатления. Перехожу ко второму. Тебе, вероятно, известно, что я занимаю комнату, когда-то принадлежавшую Генри Клейтону. После него этой комнатой никто не пользовался. Мне пришло в голову, что из-за нехватки слуг комнату эту, чистую и опрятную, более основательно никогда не убирают. Осторожно наведя справки, я выяснила, что это именно так. Дымоход, к —примеру, очень давно не чистили. На самом деле дымоходы в спальнях как следует выметают только у капитана Пилигрима и мисс Жанетты, потому что