Примархи стр. 17
своих непоколебимых преторианцев, включая Габриэля Сантара.
— Я не вижу призраков, примарх, — сказал Первый капитан, пытаясь снять напряжение.
На Медузе Призрачная Земля была суровым местом, якобы населенным тенями умерших и призраками. Подобные разговоры вели суеверные люди, слабые и доверчивые. Железные Руки считали иначе. В ее непроходимых глубинах были великие обелиски из камня и металла, чье предназначение было затеряно в веках. Чудовища бродили по ее темным и забытым ущельям, это было верно. И безумие охотилось на ее бесконечных равнинах за опрометчивыми и безрассудными. Сравнение выходило неутешительным.
— Призраки здесь, — сказал Феррус, добавив холода к уже ледяному воздуху. — Мы просто их еще не видим. — И когда вихри начали сгущаться в шторм, он добавил: — Сомкнуть ряды по фронту и в глубину.
Долина полностью изменилась, Сантар не узнавал ее. Тени, отбрасываемые от похожих на скелеты скал, вытянулись в когти и потянулись к Железным Рукам, медленно окружая их.
— Почему я не узнаю это место? — спросил он самого себя.
Радиоканал Десаана затрещал помехами.
— Потому что… оно… другое.
— Лорд Манус, — сказал Сантар, чувство угрозы внезапно стало осязаемым.
Феррус не взглянул на него.
— Не останавливаемся. Мы не можем повернуть назад. — Тон примарха подсказывал: он знал, что они попали в ловушку. — Эльдары поймали нас, но им не удержать Железных Рук.
Ветер усиливался, как и шторм. Он отнимал у голоса примарха его силу. В этот же момент шторм обрушился на Морлоков без предупреждения и тяжелый топот многочисленных ног затих.
Буря ударила по ним, как молот и за несколько секунд две роты были поглощены ею.
Немедленно потухло солнце, затерявшись в визжащей тьме.
Несколько мгновений спустя хлещущие песчинки исцарапали доспех Сантара, как клинки. Он слышал скрип песка о металл, но проигнорировал незначительное повреждение боевого доспеха, когда доклад об этом появился на ретинальных линзах шлема. Обнажив молниевые когти, Сантар попытался рассечь черную трясину и обнаружил, что она не поддается. Он словно резал землю, вот только это был воздух.
— Держаться вместе, — передал он по каналу связи, — наступаем, как один.
В этот раз ответило меньше подтверждений. Тактический дисплей был неисправен, а биосканирующие маркеры отмечали позиции боевых братьев с перебоями. Насколько капитан мог сказать строй сохранялся, но он не знал, как долго это будет продолжаться. Сантар чувствовал, что ситуация скорее ухудшится, чем наоборот. Песок забил дыхательную решетку шлема, царапая язык. У него был вкус пепла и смерти. Медный запах покалывал ноздри.
— Вместе как один, — повторил он.
Его акустический сенсориум зарегистрировал далекий визг, заглушивший сильные помехи радиосвязи.
Он звучал не как ветер, или, по крайней мере, не просто как ветер. На тактическом дисплее появлялся и исчезал поток непонятных сведений.
— Оружие к бою, — приказал он, выискивая врага. Черный песок ухудшал обзор, делая невозможным захват целей. Вопящий припев заглушал ответы сержантов и капитанов. Когда помехи связи снижались, время от времени появлялись символы подтверждения.
Сантар едва мог различить силуэт примарха всего в нескольких метрах перед собой.
— Лорд Манус, — позвал он, прежде чем Феррус затерялся в шторме.
Сначала ответа не было, но затем до него дошел слабый отклик.
— Вперед! Мы прорвемся или умрем.
Сантар хотел сплотиться; создать оборонительный кордон