Прими свою тень стр. 247
времени. Но Даур может сместить сроки. Мы едва укладываемся в неделю отсутствия, объявленную Йяллом для Релата. Даже при учете прыжка.
– Будет приятно снова читать вожака среди живых, – сказал Ялитэ. – Штатного маневрирования, Фэр, – пожелал он.
– Мягкой посадки и успешного преодоления радости, – улыбнулся пилот.
Само собой, ничего похожего на церемонию в понимании людей или айри на Хьёртте не наблюдалось. За полчаса до указанного времени все, кому разрешили присутствовать в «логове Лайла», вышли из домов и расселись на траве. Пили сок и кордин, переговаривались, обсуждали скорый восход. Коренные жители купола утверждали, что погода необычайно хороша, есть даже несколько мелких облачков – настоящее чудо для Хьёртта, да и туман стелется. Вчера завершили сезонный полив, так что можно ждать появления утренних радуг. Конечно, не таких множественных и ярких, как в куполе Семи Радуг, построенном в самой жаркой климатической зоне, на дне удобной влажной долины, но тоже вполне интересных…
Ялитэ хмуро слушал бессмысленный треп. Лорри и без слов понимала: ему, ан-моэ, некомфортно сидеть в траве. Впереди уникальное событие – по сути, воскрешение вожака! Неужели нельзя обставить дело с должной торжественностью? Почетных гостей разместить в креслах под навесом, предусмотреть место для выступлений… Йялл должен хоть что-то сказать, да и сам Даур, очнувшись, – тоже! Наконец, следует
информировать собравшихся, вести запись для Инфосреды. Директор так злился, что шипел свои замечания вслух.
Подошла Хэйн, принесла несколько подушек, плед. Села рядом. Участливо улыбнулась директору, понимая его раздражение.
– Меня выгнали из медблока, – пожаловалась она. – Сказали, здоровых снавей и без того хватает. Велели пить кордин и развлекать гостей. Восход через двенадцать минут. Скоро начнем общую настройку. Вам, директор, участвовать не надо, вы не часть стаи. Сати сама разберется, с ее способностями это не трудно. Лорри я все объясню. Для нас очень важно происходящее. Давно, когда еще не было куполов, стая в первый раз объединилась в стремлении спасти дорогих ей айри Эллара и Юнтара, смертельно отравленных, погибающих. Тогда мы осознали могущество единого пожелания расы. Люди, наверное, тоже могли бы так, но для них непосильно хоть минуту всем и с полной самоотдачей думать про общее и главное. Один вспомнит, что не запер дверь в доме, другой приметит красивую девушку, третий станет злиться на соседа, толкнувшего в бок… Люди слишком много внимания уделяют мелочам и плохо слышат друг друга.
– Что не так с айри, тоже скажете? – предположил Ялитэ.
– Боюсь, вы не сможете поверить в необходимость просто отдать часть своих сил другому, без выгоды и компенсации, – грустно покачала головой Хэйн. – Вы не способны быть вместе, вы все разделены своим, уж простите, ан-моэ, эгоизмом. Приметесь бесконечно спорить о праве погибшего вернуться и его месте в иерархии. А соединяя сознания, отравите единение… ревностью.
– Трудно спорить, – поморщился Ялитэ. – Но почему вы никак не оформили свой праздник?
– Прежде всего, мы не знаем доподлинно, вернется ли Даур. – Хэйн тихо и осторожно выговорила вслух общее опасение. – Это его решение. Кроме того, сознание стаи существует вне материального плана. Какой смысл его оформлять? – Снавь чуть помолчала и добавила другим тоном: – Пошла настройка. Смотрите на восход, ан-моэ, он обещает быть красивым. Лорри, дай руку. Неправильно, если ты ничего