Библиотека

Принцип четности стр. 149

Размер шрифта
-
+
Тема

вообще что-либо интересует.

- Пока я человек, я буду ставить человека в центр Вселенной, - сказал Кирилл упорно. - И ты меня в этом никогда не переубедишь. Вот и все. Вот овца, по идее, думает, что она - центр Вселенной. И кролик так же думает, наверное. Каждый считает себя...

- Позвольте не согласиться! - перебил его Глеб. - Ни кролик, ни овца, к счастью, ничего такого не думают. Они кушают себе травку и планов на завтра не строят. Тем и счастливы. Нам у них учиться надо, сапиенсы!

- А откуда вы вообще знаете, что думают кролики? - изрек Сергей. Дарвинисты хреновы...

- Ладно, я беру тайм-аут, - сказал Кирилл. - От меня отстань. Вон Серегу обрабатывай, философ. Я это все уже слышал не один раз. Я лучше бутерброд съем, пока Васильич все тут не сожрал.

- Меньше надо копья ломать, однако, - посоветовал Валера, усердно ковыряясь вилкой в банке тушенки. - А то машут-машут сначала мечами, а потом начинают жратву искать... Когда уже поздно, между прочим. Кстати, сейчас хорошо бы кофе пошло, - заметил он.

- Кофе? - вскинул бровь Глеб. - Это такое жидкое и черное? Которое из кофеина делают?

- Нет, - качнул головой Валера и поправил очки.

- Его из кофеина только выращивают. Из молотого.

- А кто у нас сегодня за Махмуда? - спросил Кирилл.

- Драйвер, драйвер, - произнес Глеб.

- Тогда поджигай, - сказал Валера Сергею.

- Только сначала еще по одной! - потребовал Кирилл. - Сегодня классно идет.

Они выпили еще по одной. Глеб поднялся из кресла и стал копаться на полке с книгами. Валера откинулся на спинку дивана. Бросив в рот ломтик лимона, Сергей пошел на кухню разогревать чайник.

Кое-как он нашел спички в одном из настенных ящичков и зажег газ на плите. Он даже не посмотрел, есть ли в стареньком двухлитровом чайнике вода, и когда тот покорно зашумел, Сергей приблизился к грязному оконному стеклу. Улица Магистральная была сегодня особенно заполнена транспортом. И людей, неторопливо плетущихся вдоль тротуаров, казалось, тоже стало больше. А может, действительно, это ему только казалось? Может, он раньше просто-напросто не обращал внимания на такие мелочи? И теперь эти мелочи, эти отблески чужой жизни стали вдруг особенно заметными? Болезненно заметными... Со стороны, ведь, как водится, всегда виднее. Недосягаемое всегда интересно, а запретный плод всегда сладок...

Он не заметил, как в кухне появился Глеб, держа в руках маленькую раскрытую книжку, похожую на томик стихов.

- Вот послушай, - сказал он, поглаживая бороду. - Каково сказано...

Он перелистнул страницу и прочел вслух:

Может быть, это точка безумия,

Может быть, это совесть твоя

Узел жизни, в котором мы узнаны

И развязаны для бытия...

- Ты это про что? - Сергей с вздохом отвернулся от окна.

На него в упор смотрели серые глаза Глеба.

- Это не я, - медленно сказал Глеб, усмехнувшись в усы. - Это Мандельштам. Осип.

- Погоди... Ну-ка, повтори.

Глеб повторил. Возникла небольшая пауза.

- Люблю, знаешь ли, красивое слово, - сказал Глеб, щелкнув пальцами. Ничего с собой поделать не могу.

В дверном проеме появился Валера и пристально оглядел

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.