Принцип четности стр. 162
бесповоротно. Совершенно непостижимым образом пропал его хмель, осталась лишь усталая покорность на лице и вялые, поникшие плечи. Он подтянул ноги к груди и тяжело вздохнул.
- Что... рассказывать? - бесцветным голосом спросил он, безвольно роняя руки на колени.
Взгляд у него потух - это было заметно даже во мраке.
- Все рассказывайте, - как можно спокойнее произнес Сергей. - Прямо с самого начала и - как на исповеди! Поймите, для вас ведь тоже важно, что именно вы по собственной воле нам расскажете. Насколько я понимаю, комедию ломать мы больше не будем, Антон Михайлович?
- Какая тут еще комедия... - хрипло и обречено выговорил Лыткин и вдруг закашлялся.
Около минуты он не мог придти в себя. Сергей терпеливо ждал, поглядывая на Валеру и вертя в руках записную книжку. Валера был взволнован не на шутку - он то и дело поправлял свои очки, которые вовсе и не думали сползать на нос. Тем не менее, он улучил момент, чтобы подать Сергею знак, что, мол, все идет олл райт - работай в том же духе. Когда Лыткин перестал кашлять, Сергей деловито продолжил:
- Итак, когда все началось?
- В октябре... - шумно выдохнул Лыткин и поморщился. - В прошлом году. Я получил записку в запечатанном конверте. Кто-то бросил в почтовый ящик... Она была на мое имя.
- Мы так и предполагали, - невзначай заметил Сергей и тут же с легким напором спросил: - Где это письмо?
- Я его порвал... - сбивчиво заговорил Лыткин. - Там было сказано, чтоб сразу же уничтожить, и я...
- Исполнительный вы человек, Антон Михайлович, - сказал Сергей, качая головой. - Жаль. Тогда вам придется очень хорошо припомнить, что же было там написано. И желательно с точностью до слова. Сможете?
- Н-не знаю... - забормотал Лыткин, часто моргая. - Это столько прошло... Да там, в общем-то, немного было написано. Предлагали недвусмысленную сделку...
- Поконкретнее, - попросил Сергей, видя его заминку.
Лыткин снова вздохнул и облизнул губы.
- Смысл был таков, - сказал он, - что, дескать, мы предлагаем вам выбраться из резервации за некоторую плату. Ни сроки, ни сумма в том письме не назывались.
Сердце у Сергея непроизвольно забухало, даже ладони стали гадко влажными. Спокойно, приказал он себе. Спокойно... Только не сорвись, только не сорвись!
- То есть, они просто забрасывали удочки? - спросил Сергей, стараясь сохранять хладнокровие. - Почву, что ли, прощупывали?
- Вы знаете... - мелко закивал Лыткин, - я так и понял тогда!.. Скорее всего. Ведь я же мог не согласиться!
- Но вы согласились, - заметил Сергей.
- Да... - жалобно выдавил Лыткин. - Да. Господи, зачем я согласился! У меня же было предчувствие... Просто очень хотелось отсюда выбраться, страшно хотелось, поймите меня! Ведь я...
- Не будем отвлекаться, - мягко, но твердо перебил его Сергей. - По существу давайте. Дальше.
Лыткин поспешно кивнул и снова облизнулся.
- Ну... Я должен был мелом оставить на двери подъезда условный знак. Дескать, я согласен на их условия, а потом, значит... Потом, ждать. Потом они сами...
- Что это были за условия?
- Условия... Строжайшая тайна, конечно. Это