Принцип четности стр. 84
лицо холодной водой, затем сидел на краю ванной, упершись в нее широко расставленными руками. Рядом стоял Валера и что-то беспрерывно и возбужденно говорил. Очки его съехали на самый кончик носа, и он уже не поправлял их, волосы его были всклокочены, а глаза под стеклами бегали из стороны в сторону. Валера непрерывно размахивал сигаретой, которая давным-давно потухла. Шумно лилась вода, и Сергей почти не слышал, о чем он говорил. Затем появился Кирилл и, гудя, выволок обоих в коридор. Шатало Сергея здорово, взгляд не фокусировался на предметах, а в голове стоял монотонный гул. То ли в это же время, то ли потом, уже позже, они с Кириллом стояли перед кухней, и Сергей, схватившись за его плечо, осипшим голосом твердил: "Я вырвусь отсюда! Я все равно отсюда вырвусь, Кирилл!.." Рядом, пошатываясь, стоял Глеб и все время бормотал: "Куда это я сунул сигареты?.." Сергей пытался заглянуть Кириллу в глаза, словно хотел увидеть в них подтверждение своим словам. Он тряс его за руку и все повторял, стиснув зубы: "Все равно вырвусь... Ну, скажи, не молчи!.. Ведь вырвусь?!" Но Кирилл почему-то отводил взгляд в сторону, кусал губы и нервно спрашивал Глеба: "Ну, ты дашь мне сигарету, наконец?" А Глеб все моргал, шатался, не переставал себя ощупывать и спрашивать: "Сунул ведь куда-то, трах-тарарах..." "Я не муха, понимаете!.." отчаянно рычал Сергей. - "Не муха!.." "А-а... - промычал возникший рядом Валера. - Я смотрел. Хороший фильм. Хоть и старый, а все равно..." "Какой фильм? - не понял Кирилл. - Маевский, я сто раз уже тебя просил... Последнее сто первое китайское предупреждение..." "А вот же они, сволочи... - удивленно проговорил Глеб, заметив, наконец, что пачка сигарет зажата у него в руке. Серега, закури, что ли, тоже..." "А, давай..." - буркнул Сергей. Его немного трясло от невесть откуда взявшейся злости. Они закурили, и все по очереди стали ободряюще хлопать его по плечам. "Ты успокойся, - говорил ему Кирилл. Все через это проходят. Привыкнешь". "Это катарсис, - потрясая пальцем, значительно изрек Глеб. - Или катехизис ли... В общем, очищение через потрясение. Во!.." "Иди ты в жопу со своим ках... зах... тьфу! - отмахнулся Кирилл. - Ему просто надо привыкнуть... Слушайте, а чего мы все в предбаннике столпились?.." Потом снова следовал провал в памяти, а за ним - последняя картинка этого дня, которую Сергей помнил.
Он стоял совершенно один на неосвещенной кухне, прижавшись лбом к прохладному оконному стеклу. Компания гомонила за стенкой в комнате. Он понятия не имел о времени, но, по всей видимости, было уже довольно поздно, поскольку на улице царила темень, а горящих окон в домах напротив было немного. Сергей монотонно, словно заведенный, шептал: "Я вырвусь... все равно вырвусь..." и заворожено смотрел на окна. Эти окна, как и эти дома, и уличные фонари, и черные неосвещенные тротуары с мусорными урнами были уже из другого мира. Все расплывалось у него перед глазами, окна медленно теряли свои очертания, постепенно превращаясь в причудливые огни, напоминавшие звезды на ночном безоблачном небе. И словно звезды, дразнящие своей обманчивой близостью, они были так безнадежно и так недоступно далеки, что становились от этого еще более желанными.
Часть третья.