Принцип четности стр. 9
Тебя как звать?
- Сергей, - выдавил Сергей уныло.
- Меня Кирилл, - сказал милиционер. - Будем знакомы. - Он сделал паузу, потом сказал, опустив глаза: - Я не шучу, Сергей. Какие тут могут быть шутки? Многие в резервации хотели бы, чтобы это были шутки... Но, к сожалению, это горькая правда.
Видимо, на лице Сергея было написано сомнение, потому что Кирилл спросил:
- Не веришь?
Сергей не ответил. У него не было слов.
- Можешь проверить, - сказал Кирилл спокойно. - Все сомнения отпадут сразу. Хочешь проверить?
- Хочу, - сдавлено сказал Сергей.
- Тогда пошли на транспортер, - решительно сказал Кирилл. - Попробуй выйти обратно. Сам увидишь.
Сергей молча развернулся и решительно двинулся к транспортеру. Кирилл последовал за ним.
- Я только хочу предупредить, - торопливо говорил он, идя рядом. - Ты должен знать. Во-первых, ты не дойдешь до сетки. Это потому, что граница находится ближе, где-то посередине транспортера. Во-вторых, это будут очень неприятные ощущения... Гадкие ощущения, Сергей! Слышишь?
Сергей хранил молчание. Лицо Кирилла приобрело очень серьезный вид.
- Слышишь меня, Сергей? - переспросил он. - Иди медленно и будь осторожен. Ты понял?
- Понял... - обронил Сергей. От этого деловито-рассудительного тона Кирилла на душе у него стало еще
противнее.
Возле транспортера уже суетились трое мужиков, включая небритого типа в штормовке. Подойдя к транспортеру вплотную, Сергей ненадолго замешкался, оглянулся на Кирилла. Тот слегка кивнул. Сергей запрыгнул на поверхность транспортера. Конструкция, скрипнув, слегка качнулась под ногами.
- Эй-эй, ты чего?! - выпалил один из мужиков. - Сдурел, что ли?!
Не обращая на него внимания, Сергей сделал несколько шагов.
- Куда ты?! - полетело ему в спину. - Нажрался с утра?!
- Михалыч, это, вообще, кто такой?..
Послышались успокаивающие слова Кирилла, и через несколько мгновений мужики притихли.
На том конце транспортера, возле крытого фургона тоже молча и с любопытством наблюдали происходящее.
- Сергей, я рядом, - послышался участливый голос Кирилла. - Когда станет совсем плохо, сразу возвращайся, слышишь? С этим нельзя шутить!
Мелкими неторопливыми шагами Сергей продолжал идти по резиновой ленте, прогибающейся под каждым его шагом. Он почти уже достиг середины транспортера, но не чувствовал ничего необычного. Только на душе стало вдруг тревожно. Он хотел уже было обрадоваться, что ничего не происходит, что этот парень в милицейской форме ошибся, или, может, ему просто сейчас повезет, он дойдет до конца транспортера и спрыгнет... Но по мере продвижения вперед чувство тревоги вдруг странным образом переросло в ощущение печали, и с каждым шагом эта печаль разрасталась внутри Сергея как снежный ком. На секунду он, ничего не понимающий, объятый этим чувством, ошарашено замер. Потом робко сделал еще шаг и еще... Теперь это была уже не печаль, а безудержная тоска, хлынувшая в душу и заполонившая все его существо. Он почувствовал неимоверную тяжесть в груди, застонал, пошатнулся и застыл на полушаге... Ему стало плохо, ему стало отвратительно и гадостно на душе настолько, что захотелось изо всех сил взвыть, зареветь, заскулить, застонать... Это была не просто тоска, это была вселенская тоска, смертная и жуткая, на части раздиравшая душу и лишающая его воли. "Господи, что же это..." - еле