Библиотека

Привет от Вернера стр. 72

Размер шрифта
-
+
Тема

как пламя. Я чувствовал себя в центре внимания после этой долгой болезни, все закидывали меня вопросами, теребили: как я себя чувствую, да как я болел, да что я буду теперь делать, да когда мы поедем на дачу и когда в Берлин... Даже Ляпкин Маленький спросил:

– Как ты чувствуешься? – И это было очень смешно, все рассмеялись.

А Вовка сказал:

– Какой ты стал худой! А под глазами синий!

И все опять засмеялись.

А я смотрел на Гизи – какая она стала красивая! Еще красивее, чем была! Губы у нее такие ярко-красные, а волосы ярко-черные, а глаза такие большие и сине-сине-серые, как небо перед грозой! И эти ямочки на щеках! И прямой носик в середине! Нет, Гизи была очень красивой, что там и говорить! Я, конечно, сделал вид, что вовсе не на нее смотрю и не о ней вовсе думаю...

Вовка сказал:

– Давай-ка отойдем, нам нужно поговорить!

И я сказал:

– Давай!

И мы с Вовкой пошли в угол двора, обнявшись. Ляпкин Маленький сразу увязался за нами, он шел и жевал какой-то пряник – он ведь всегда жевал, вы же помните, – и Вовка обернулся и сказал ему:

– Ну, что ты тут за нами жуешь?

– Я фоже шошу погаваить! – промямлил полным ртом Ляпкин.

– Нельзя! – сказал

Вовка. – У нас секрет!

И Ляпкин сразу отстал.

Он стоял и грустно смотрел нам вслед. И другие ребята смотрели вслед. И Гизи.

Мы отошли в дальний угол двора и сели возле ящичной пирамиды на перевернутый ящик. Ящики были из тонких неструганых досок, перетянуты по краям проволокой, сбиты гвоздями и выложены внутри серой бумагой. Пахли они смолой и конфетами...

– Пастилу давали, – сказал Вовка. – А ящики мировые! Я взял два...

– Зачем?

– Что-нибудь сделаю! – сказал Вовка. – Может, планер, а может, еще что... этюдник, например.

Вовка ведь был художник.

– А мне сделаешь? – спросил я. Мне сразу очень захотелось иметь этюдник.

– Сделаю, когда будет время, – сказал Вовка. – Сейчас со временем туго, – и важно сплюнул... дале-еко в сторону. Вовка умел плевать очень далеко.

Я тоже сплюнул, но у меня получилось не так далеко.

– А почему мало времени? Школы же сейчас нет?

– Что школа! – с презрением сказал Вовка. – К слету готовимся...

– К какому слету?

– Вот человек! Болезнь память отшибла?

– Ничего не отшибла!

– Так я ж тебе говорил по секрету, помнишь?! Еще Ляпкин рядом стоял? Про пионерский слет?

– А-а! – вспомнил я.

– Вот те и «а»! Видишь, вон ребята ко мне пришли. – Он кивнул на школьников в красных галстуках.

Они стояли у Памятника с Гизи и Ляпкиным и о чем-то говорили, глядя в нашу сторону.

– Мы вместе готовимся, – сказал Вовка.

Я смотрел на них и думал: рассказывать Вовке про Конради, как я его убил, или нет...

– Ты лучше скажи, как ты думаешь: зачем я тебя вызвал? – спросил Вовка, как будто читал мои мысли.

– Рассказать про слет? – спросил я.

– Слет не секрет! – Вовка сделал таинственное лицо. – Есть дело, лично тебя касающееся...

«Куда это он гнет, не понятно!»

– Меня касающееся? – переспросил я.

– Тебя, тебя! – повторил Вовка, улыбаясь. – Тебя, и меня, и еще одной... ну, одного существа!

«Не Гизи ли он имеет в виду?» – мелькнуло у меня в голове. Я покраснел

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.