Приходит ночь стр. 140
А когда пресытились и утомились, они стали разговаривать. Откровенно. Об их будущем, которое будет основательным, безопасным – и бесконечно красивым.
Бурным, да, напомнила себе Брин. Они могут встретить как тихие речки, так и бурные моря. Мужчина с его страстями и жизненной силой редко бывает спокоен. И его прошлое может иногда напомнить ему о себе. Только время сможет научить его верить в ее любовь.
Миссис Ли Кондор, подумала она, перед тем как заснуть. Неплохое завершение этой истории.
Через пять дней они уже были на пути в Черные Холмы.
– Нам надо отдохнуть, – сказал ей Ли, когда они садились в его частный самолет. – Вместе и без страхов.
Она прижалась к нему, как только они заняли места в богато обставленном салоне.
– Я ничего не боюсь, – заверила его Брин, – когда я с тобой.
Брин поцеловала его, а потом отстранилась с хитрой улыбкой. Когда самолет пробежал по взлетной полосе и взмыл в чистое голубое небо, они приникли к иллюминатору и стали смотреть на горы.
– Хочешь, мы поженимся в Черных Холмах? Брин прижалась к Ли, как бы между прочим поймала его руку, любуясь длинными смуглыми пальцами, широкой сильной ладонью.
– Да. Я очень этого хочу. Думаю, детям тоже понравится… Да, Ли, я уже сто раз это говорила, но все-таки… Ты уверен? Правда уверен? Трое детей…
Он засмеялся.
– Я же тебе говорил – я люблю детей. Мне и своих иметь хочется.
– Когда? – рассмеялась Брин.
Он на минуту погрузился в раздумья.
– Хмм… а сколько тебе лет?
– Двадцать семь.
– Тебе следует стать мамой до твоего тридцатого дня рождения. – Он поддразнивал ее, но внезапно стал серьезен. – Я думаю, мы подождем годик, а потом займемся этим всерьез. Я хочу дать мальчикам возможность узнать меня получше. Время, чтобы мы с ними могли почувствовать себя увереннее друг с другом. Как ты насчет такого?
Брин чуть улыбнулась, прикрыв глаза, удовлетворенно вздохнула и удобно пристроилась на его груди.
– Я так тебя люблю, – прошептала она.
Он прижал ее к себе. А ее шепот стал эхом, которое овеяло их обоих теплом и нежной красотой.
Эпилог
Он остался один на один с ночью.
Его шаг по этой влажной земле был неслышим, как легкий ветерок, и он сам, осторожно пробираясь через лес, засыпанный сухой хвоей, был не более чем частью ночной тьмы.
Этот дар достался ему в наследство от далеких предков, и этот древний дар подсказывал ему, как двигаться с легкостью дикого оленя, как преследовать добычу с упорством и хитростью пантеры и как ориентироваться в пространстве с зоркостью златоокого орла.
Этот был его природный дар, о котором он думал в этих вечерних сумерках. Потому что по большому счету ничего на свете не меняется. Когда-то его предки ходили по этой же тропинке с той же самой целью.
Он остановился, прежде чем дошел до реки, и увидел ее. Она была лишь изящным силуэтом на фоне луны.
Ее руки были воздеты к небесам, а потом она протянула их к нему, и он улыбнулся, потому что она знала, что он здесь. Ей не нужно было слышать или видеть его, она узнавала его по биению его сердца и теплу его души, и она знала, что он