Библиотека

Призраки в Сети стр. 258

Размер шрифта
-
+
Тема

может быть отсутствие сексуальной энергии в этом перегруженном ею мире, где даже детские мультфильмы, кажется, рекламируют секс. Хотя должна признаться, что не согласилась бы отказаться от него надолго. И вовсе не воспринимаю Рауля как образец целомудрия. Просто у него другая ориентация. Впрочем, если бы я была мужчиной, он, возможно, смотрел бы на меня совсем иначе.

Единственным человеком, которого я никогда не встречала до того, как началась вся эта история с Вордвудом, был Роберт Лонни. Но Кристи и Джорди так много о нем говорили, что я, где бы ни была — в Пограничных Мирах или просто шатаясь по городу, — все пыталась поймать эту его музыку.

— Ты ее сразу узнаешь, когда услышишь, — говорит Кристи, когда я прошу его описать мне ее. — Поверь мне.

Он прав.

Однажды вечером на Пальм-стрит прохожу мимо бара и слышу блюз. Вещь знакомая, но никогда раньше не слышала, чтобы ее так исполняли. Я сразу понимаю, кто это, и застываю на месте. Заведение уже несколько часов как закрыто. Внутри темно, и дверь заперта (как будто это может меня остановить!). Привлеченная музыкой, я делаю шаг в Пограничные Миры, потом обратно в этот мир и в результате этого несложного перемещения оказываюсь внутри.

Гитара немедленно смолкает.

Я вижу красивого чернокожего человека, сидящего за столиком. У него гитара на коленях и большой револьвер в руке. Дуло нацелено прямо на меня. Мы несколько долгих мгновений смотрим друг на друга, потом он наконец опускает руку и кладет оружие на стол.

— Либо они теперь делают ищеек очень хорошенькими, специально чтобы нам было труднее сопротивляться, — говорит он, снова начиная перебирать струны гитары, — либо у вас есть какие-то другие причины, чтобы пробраться сюда ночью.

— Могу я сесть? — спрашиваю я.

Он улыбается:

— Я не знаю. А правда, можете ли?

Я не поправляю себя и не спрашиваю: «Можно мне сесть?» Просто воспринимаю его улыбку как знак согласия, вытаскиваю стул из-под

ближайшего стола и сажусь за его столик.

— Я дружу с Кристи и Джорди, — говорю я. — Я им как сестра.

Он приподнимает бровь, и его указательный палец цепляет басовую струну. Это звучит как удивленный вопрос.

— Как кто? — спрашивает он.

— Я — тень Кристи.

— По-моему, вы вполне реальны.

Я пожимаю плечами:

— Он отбросил меня довольно давно, когда мне было всего семь.

— И как вы себя чувствуете в связи с этим?

— Не знаю. Большую часть времени я об этом даже не задумывалась, но в последнее время… — Я еще раз пожимаю плечами. — Даже не знаю.

Роберт медленно кивает.

— Я знавал несколько теней, — говорит он. — Первая, которая приходит на ум, была тенью одного типа, который закончил на виселице за то, что убил бог знает сколько людей. В мои времена его просто линчевали бы.

— Кто же это был?

— Самая преступная мать из всех, каких я имел несчастье знать.

— Я имею в виду тень, — говорю я.

— Я про нее и говорю.

— Но…

— Вы ведь не думаете, в самом деле, что навсегда связаны с тем, кто вас отбросил, не так ли? Что вы всегда должны оставаться его полной противоположностью?

Тот же аргумент я использовала, беседуя с Кристи. Однако теперь, когда он исходил от третьего лица, у него как

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.