Проблемы с воображением стр. 2
первый раз для Бена устраивали вечеринку на день рождения. Приглашения были разосланы почти всем детям на острове Гранди. Мама и папа весь день убирали и украшали дом. Разноцветные воздушные шарики сплошь покрывали пол… Гирлянды флажков протянулись под потолком… Пироги, чипсы, печенье и газировка всех цветов радуги ждали гостей, не говоря уже о подарках, играх и старых добрых фейерверках в саду. Это будет незабываемая вечеринка.
– Осталась одна минута, – сказал мальчик, посмотрев на свои часы.
Последние полчаса Бен сидел в спальне на чердаке их ни шаткого ни валкого дома. Папа велел ему подождать здесь, пока не соберутся гости, а затем «величественно появиться» под приветственные крики и залпы хлопушек.
Бен прижал ухо к полу, пытаясь услышать, как стучат в дверь и взволнованно суетятся гости… нет, безуспешно.
Секунды дотикали до половины четвёртого.
Пора праздновать.
– Пожелай мне удачи, – сказал Бен воображаемому другу.
Он взъерошил свои угольно-чёрные волосы, но они немедленно упали, как всегда, облепив котелком его голову. Затем одёрнул самолучший свитер (крупная полоска, как заверил Бена воображаемый друг, удивительно оттеняла его глаза) и с колотящимся сердцем принялся спускаться по приставной лестнице, ведущей с чердака в холл. Спиральная лестница – вот и всё, что отделяло его от самой первой вечеринки в честь дня рождения. Бен представил, с какими лицами одноклассники ждут его появления. Клифф Пичфорк – самый высокий мальчик в школе… Хэтти Бланкет – девочка с удивительным смехом… Икабод Твист, который показывает фокусы… все они с лёгкостью игнорировали Бена до сегодняшнего дня.
Бен часто задумывался, отчего у него нет друзей. Сколько он себя помнил, по настоянию отца каждый год они переезжали из одного приморского городка в другой. Может, поэтому он ни с кем не подружился: знал, что дружбе придёт конец? Или, возможно, думал Бен, он просто такой человек, который не умеет заводить друзей. По крайней мере, настоящих.
Но если сегодня всё изменится? Может, кто-то из одноклассников захочет стать его другом? Или все захотят подружиться с ним? Бен не смел и вообразить такое… но вообразил. Он уверенно выпятил грудь, спустился по виткам лестницы и погрузился в море воздушных шариков.
– Вот и я, – сказал он громко. – Я…
Бен замер. В центре комнаты, по колено в воздушных шарах и с праздничными колпаками на головах, стояли его мама и папа…
…и больше никого.
На мгновение Бен удивился, где же все прячутся. Может, одноклассники съёжились за диванами или схоронились под воздушными шариками, чтобы внезапно выпрыгнуть и закричать: «С днём рождения!» Но тут папа произнёс:
– Извини, Бенджи. Похоже, никто из ребят не смог прийти.
Бен почувствовал, как колотящееся в груди сердце куда-то ухнуло.
– Никто? – промямлил он.
– Я обзвонил всех, – проговорил папа, потирая затылок. – Но никто не ответил на звонок.
– Я уверена, они бы хотели прийти, – прибавила мама нарочито оживлённым голосом. – Они, вероятно… просто чем-то заняты.
Не впервой было Бену проглатывать обиду и прятать свои чувства глубоко-глубоко. И он снова вообразил.
– Это… неважно, – негромко сказал он. – Бохвесть здесь.
– Кто? – спросил папа. – Ах… он.
Хотя Бохвесть и был воображаемым, Бен мог представить своего друга очень ясно. Он был вроде как чудовище: лохматый, кругленький и чёрный, как затмение, с добрыми блестящими глазами, а над темечком у