Пробудившая пламя стр. 281
тому самому колодцу, которым пренебрегал.
– Моё пламя. – Шепчу ей.
– Твоё. – Еле слышный ответ заставляет меня вскинуть голову, хочу увидеть её глаза.
Она не прячет сомнений, заметен и страх, что я снова предам. Но моя храбрая девочка делает шаг мне навстречу. Барлик срывается и убегает, чтобы вернуться обратно с мужским браслетом, который я отдал Ирине. И она сама застегивает его на моей руке.
Удержать себя в руках я не смог, да это и не возможно. Схватил её и закружил под смех детей. Наших детей, которые растут, купаясь в заботе и любви своей матери.
После ужина мы возвращаемся к картам. Оказывается Барлик и Малис внимательно изучают границу с Димарией и расположение самой империи.
– Вот смотрите, вот этот кусок, это Северное княжество. Там нет городов, большие поселения в закрытых горных долинах. Северяне умеют совмещать воинское искусство и природную защиту своей земли. – Объясняю я детям. – Вот эта огромная территория вдоль побережья, наиболее пострадавшая от Димария. С начала её завоевывали, а потом, почти всё мужское население погнали на войну с нами. Территории между побережьем и нами... Там всё держится на страхе! Показательные казни и пытки для устрашения, постоянное патрулирование, население уже в отчаянии, постоянные бунты, не смотря на кровавые методы подавления. Настораживает, что Димарий вытягивает ото всюду ресурсы, но война с нами столько не потребляет.
– Он хочет стать повелителем миров, так он себя называет. – Сказала Малис и я тоже вспомнил, как называл отца Карл в письме.
– Если мы сейчас начнём подготовку, то сможем атаковать не раньше, чем года через четыре. – Вдруг выдает Барлик, и мы увязаем в споре, не замечая времени.
– А вот теперь мы... – запальчиво тычет Малис пальцем в карту.
– Выслушаете казначея, который скажет, что денег на ваши войны в казне нет, так что сворачивайте свои баталии! – почему-то шёпотом шипит на нас Марс. – Мама спит уже.
– Нет, я не сплю! – встрепенулась Ирина, хотя осоловевшие глаза её выдавали.
Дети быстро убрали всё по местам и попрощались с нами, пожелав добрых снов.
– Да, забыл сказать, мы теперь живём в твоих покоях! – сообщаю Ирине, идя с ней рядом.
– А с твоими что? – удивляется она.
Вместо ответа я решил ей показать. Она в изумлении рассматривает погром в комнате.
– Что здесь произошло? – не понимает она.
– Я ревновал и боялся...
– Боялся кого? Чудовищ в тёмной комнате? И поэтому решил, что нет комнаты, значит, нет и чудовищ? – язвит мой северный цветок.
– Боялся, что больше нет шанса вернуть твоё сердце. А я хочу, чтобы как раньше, чтобы твоё лицо озарялось улыбкой при моем появлении, чтобы смело слетала по лестнице в мои руки, встречая меня по возвращении домой. Хочу проводить свои вечера с тобой и детьми, хочу засыпать и просыпаться, укутывая тебя в своих крыльях. Хочу, чтобы ты была только моя, чтобы твоё сердце снова билось для меня. – Я не мог оторвать взгляда от неё. – Я готов делить твоё время и твою любовь только с нашими детьми! Я хочу, чтобы ты верила, даже