Библиотека

Проект «Альфа К-2» стр. 3

Размер шрифта
-
+
Тема

во-вторых, обои — высший класс: тяжеленные, с клеем, со штукатуркой. Килограммов пятнадцать верных.

Он прекрасно представлял себе мальчишечью психологию и бил наверняка. Первым сдался Никола. Он молча повернулся и, нагнувшись, стал набивать мусором ведро. За ним возвратился Виктор. Парень деятельно помогал. Угольным совком подбирал штукатурку, насыпал в ведра; балагурил. Потом, похлопав ребят по спинам, проводил до лестницы.

— Счастливо, флибустьеры!

Внизу, на площадке первого этажа, возле самых дверей жилконторы Виктор поскользнулся и едва не вывалил содержимое своего ведра на площадку. Он принялся было собирать рассыпанное и вдруг выпрямился. На двери жилконторы висела табличка. Обыкновенная.

И эта обыкновенная табличка породила великолепную идею.

Жилконтора № 34 часы приема граждан:

Управхоз — 11.00–12.30.

Гл. инженер — 13.30–13.00.

Паспортистка — 9.00–11.00 и 18.00–19.30.

Виктор повернулся. За его спиной, держа обеими руками нагруженное доверху ведро, стоял Никола. За спиной Николы — пустая лестница. Было около четырех часов. Время, когда рабочий люд только начинает поглядывать на циферблаты, а хозяйки полным ходом колдуют у газовых плит, подгоняя обед. Все заняты. Витька подмигнул. Никола понял… Тихо-тихо высыпал свое ведро у порога жилконторы и подождал товарища.

Следующий рейс прошел не менее успешно. Куча росла. Третья пара ведер, четвертая и пятая опорожнены с тем же успехом. Парень в джинсах аккуратно увязал обои в один пакет и спрятал в мешок.

— Прошу, кабальерос. Заработанное всегда лучше поданного из милости. Грядите с миром…

Его глаза смеялись.

Правильная девочка и рыжий кот старухи Иванихиной

— Вообще-то нехорошо. Как ты думаешь, влетит ему? А?

Никола тащил мешок не оглядываясь. Ему были чужды сомнения.

— Ничего, пускай не эксплуатирует маленьких. Тоже, акула капитализма нашлась.

Теперь они ходили на промысел по одиночке. Оставляли мешок во дворе, скрыв его от бдительных дворничьих глаз, и ныряли в подъезды. После долгого блуждания в недрах большого серого дома, когда Никола начал уже сердиться, Виктору повезло. Он вышел улыбаясь, гордо прижимая к груди громадную кипу пожелтевших газет, старых журналов и просто исписанной бумаги.

— Видел? Килограммов пять…

— А ты бы еще подольше ходил.

— Да, думаешь, легко было? Все нет, нет, а потом… — Он тщательно уминал добычу в мешок, раскрытый Николой. — Потом мне дверь такая «правильная» девочка открывает, вроде Гюль нашей пополам с Валеркой: «Мальчик, — говорит, нам самим собирать нужно. Конечно, у нас лентяев нет и мы уже выполнили норму. Но я коплю на будущий год». Видал жилу? Ну, я хотел ей за «лентяев» дать…

Витька заторопился, заметив, что при этих словах Никола нахмурился.

— Да нет, ты не подумай, ясно — девчонка. Я потому сразу и решил на

дипломатию перейти. Вежливо так говорю, даже кланяюсь: «Извините, дескать, сударыня, не по адресу попал. У таких „запасливых“ снега зимой не выпросишь. Зато на сборе, наверное, больше всех кричите: „Мы, мы помогать друг другу обязаны“.» И поворачиваюсь, вроде уходить. Она, конечно: «Стой, — говорит, это почему ты так считаешь, что снега?.. А ну подожди». Я, понятно, жду, я не гордый. И вот она притаскивает две кипы. Одна приготовлена совсем, даже перевязана. А другую, видать, только что нагребла. «Вот, — говорит, — бери все, мне ни капельки не жалко». Ну я, конечно, взял… Здорово, а?..

— Трепло ты, Витька. Любишь поговорить.

Виктор надулся. Он считал, что

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.