Проект Босс стр. 112
сказать. Мы заморозим костный лоскут, который удалили, чтобы в будущем его можно было прикрепить обратно.
Мне было трудно дышать. Я сглотнул.
— Хорошо.
— Мисс Эванс заполнила доверенность на медицинское обслуживание, когда была здесь прежде.
— Да. В прошлом году ей удалили аппендикс.
— В этой форме вы указаны как ее агент – человек, который принимает решения о всех медицинских процедурах, когда она не в состоянии принимать их сама.
Я потер затылок.
— Она не общается с семьей.
Он кивнул.
— Уверен, что скоро у вас появятся много вопросов. Я вернусь, когда мисс Эванс переведут в интенсивную терапию, осмотрю ее, и мы сможем снова поговорить.
— Спасибо.
Он начал уходить, но потом повернулся.
— Простите, я так увлекся ее неврологией, что даже не упомянул о том, что у ребенка все хорошо. Акушер-гинеколог осмотрит ее более внимательно чуть позже, но на данный момент беременности ничего не угрожает. Честно говоря, это просто невероятно.
— Беременность?
Доктор нахмурился.
— Мисс Эванс, по крайней мере, на четвертом месяце.
*********
— Хотите послушать сердцебиение? — акушер улыбнулась. — Оно очень сильное.Я не могу представить, через что вы сейчас проходите, но заметила, что сердцебиение ребенка часто вселяет в родителей надежду.
Я смотрел на экран монитора, на жизнь, растущую внутри Амелии.
— Конечно.
Доктор что-то покрутила на установке УЗИ, и звук эхом разнесся по маленькой стеклянной палате интенсивной терапии.
Тук-тук, тук-тук, тук-тук.
— Сердцебиение учащенное. Пульсирует со скоростью сто сорок семь ударов в минуту. Так и должно быть. — Она нажала несколько клавиш на клавиатуре и еще немного поводила сенсором по животу Амелии.
«Как же я раньше не заметил этот бугорок?»
Я корил себя до тех пор, пока на вопросы, которые задавало правое полушарие моего мозга, не ответило левое: «Потому что в последнее время она редко позволяла видеть себя голой. Потому что трахалась с другим…»
Дерьмо! Этот ребенок вообще от меня? Я час ждал, когда ее перевезут в палату, но ни разу об этом не подумал.
Так вот почему она мне ничего не сказала? А я-то думал, что, возможно, смогу принять все это...
Доктор прервала мои размышления.
— Ребенку около семнадцати недель. Вы на втором триместре беременности. Обычно мы делаем сонограмму примерно на восемнадцатой-двадцатой неделе, и в это время можем определить пол ребенка. Но в этом случае анатомия ребенка довольно ясна. Вы хотели бы знать, мальчик это или девочка?
Я хотел знать: мой он или нет.
Врач ждала ответ, а у меня были лишь вопросы. Я пожал плечами.
— Разумеется.
Она улыбнулся.
— У вас девочка. Поздравляю, папочка.
Глава 26
Эви
— Хочешь поговорить о том, что там произошло? — спросила я, устроившись на пассажирском сиденье и пристегиваясь ремнем.
Меррик на мгновение закрыл глаза и вздохнул.
— Не очень.
Я кивнула. Вероятно, ему нужно немного времени и пространства.
— Сегодня красили мою новую квартиру, но домовладелец сказал, что можно завести вещи, когда закончат. Давай заедем? Выгружу сразу, что купила?
— Конечно.
Всю дорогу Меррик молчал, а когда подъехали, поставил машину на аварийку и помог занести пакеты в квартиру.
— Ты не будешь здесь ночевать, пока кровати нет?