Библиотека

Прокаженный стр. 100

Размер шрифта
-
+
Тема

говорят, шкура какая-то расписала, похороны завтра. — Очкастый засмеялся. — Вот к чему приводит половая несовместимость. Мотай на ус, Михаил Васильевич. А лучше на хрен…

Он помахал рукой и устремился к машине, ни марки, ни номера которой было не разглядеть.

— Меньше народу — больше кислороду, — несколько по-детски подумал вслух генерал, хотя имел в виду вещь весьма серьезную — долю, и немалую, зажмурившегося поделыцика. Он постоял еще немного и, вспомнив про беду с кровными бензозаправками, шустро двинулся служить отечеству дальше.

Сарычев, с утра еще взявший подступы к генеральской норе под контроль, решил временно распрощаться со своим подопечным. Он сел в «девяносто третью» и двинулся за белым авто, в которое погрузился собеседник Помазкова. Таких вот «волжанок» майор в свое время видывал достаточно — с проблесковыми сигналами у решетки радиатора, мощной сиреной и специальными держателями для номеров — цепляй, какие хочешь. Сомнений в том, где подвизался генеральский знакомый, не было — заведение это раньше звалось ГБ-ЧК, а нынче более демократично — федеральной конторой. Даже теперь явных лохов в ней не держали, так что Сарычев сразу же собрался и отпустил очкастого на десяток корпусов. Все шло отлично, пока не выехали на Московский проспект. Снег на дороге только что отскоблили, и, заняв левый ряд, «Волга» с ревом полетела в сторону аэропорта, не обращая на светофоры ни малейшего внимания. «Сатрапы!» — Майор в сердцах сплюнул и, жалея, что зря потратил столько времени, порулил назад — к мрачному серому зданию, такому высокому, что из его подвалов, поговаривают, видна Колыма…

Между тем генерал Помазков, выкушавший к концу рабочего дня уже пол-упаковки «Хольстена», находился в превосходном расположении духа — вопрос с бензозаправками решился в шесть секунд. Он кликнул по селектору машину, погрузил зад в анатомическое сиденье и приказал водителю ехать домой.

Обитал Помазков в девятиэтажном кирпичном монстре, построенном для высоковольтного состава ГУВД еще задолго до победы демократии, жить в нем было легко и приятно. Эх, скорее бы упасть в любимое кресло перед телевизором, открыть бутылочку пивка, поторопить прислугу с ужином… Домой, домой… Однако уже на Гражданке, когда проехали лесопарк, в ушах Михаила Васильевича раздался какой-то голос. Негромкий такой, бархатистый, медоточиво-убаюкивающий. В нем слышались шелест купюр, звон генерал-полковничьх, давно уже алкаемых звезд, ласковое бульканье наливаемой в стакан прохладной водочки. И все так ненавязчиво, маняще, с хрустально-серебристыми обертонами. Верно, так же злокозненные сирены сбивали с панталыку Одиссея. Только вот голос, раздававшийся у генерала в ушах, был мужской:

— Иди в лес! Иди в лес! Иди в лес!

И Михаил Васильевич махнул рукой:

— Стопори. Дальше я сам, хочу прогуляться.

Он вылез, отпустил машину и побрел, словно в забытьи, а вскоре какая-то неведомая сила заставила его остановиться возле белой «девятки», припаркованной неподалеку от лесопарка. Генерал распахнул дверь и уселся рядом с водителем. В этот миг с глаз его будто кто-то сдернул пелену. Глянув на лицо крупного усатого мужчины, Михаил Васильевич затрясся, взвыл от страха и, закрыв лицо ладонями, натурально наделал в штаны — даром, что ли, столько «Хольстена» было выжрано!

— Узнали, значит, товарищ генерал? — мягко спросил водитель, ухватив при этом твердыми, как железо, пальцами Помазкова за кадык. — Расскажите-ка, с кем это вы встречались на набережной?

От

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.