Библиотека

Прокаженный стр. 130

Размер шрифта
-
+
Тема

партии, главная же героиня, бывшая валютная проститутка, а ныне активистка женского движения, искала любовь и находила лишь приключения на свою татуированную попу. Конец был счастливый: победили демократия и гласность. «Ну и мура!» — Отмучившись, майор забрал фотографии и поехал на Загородный. Путь его лежал в модный ювелирный салон, хозяином которого был известный в прошлом спекулянт Сергей Владимирович Бобков, по прозвищу Бобочка. Года два назад его непутевая дочка попала в историю и непременно оказалась бы на нарах, если бы Сарычев не показал себя человеком и не спустил в общем-то плевое дело на тормозах. Бобочка тогда намекнул, что долг платежом красен, и вот, похоже, настало время ему об этом напомнить.

— К Бобкову. — Сарычев холодно взглянул на охранника, прошел через предбанник, миновав секретаршу, и без стука открыл массивную, отделанную дубом дверь. — Здравствуй, Бобочка.

— Бог мой, Александр Степанович. — Прищурившись, тот не сразу узнал гостя и с улыбкой протянул украшенную браслетом руку. — Сколько лет, сколько зим! Какими судьбами?

Он был высоким, убеленным сединами брюнетом и, несмотря на все усилия стоматологов, заметно шепелявил.

— Не от хорошей жизни. — Сарычев вытащил свои кошерные снимки и посмотрел Бобкову в глаза. — Нужней паспорт и хорошо бы удостоверение какое или права…

— Ну и дела, если даже вы. — Бобочка осекся на полуслове и нажал кнопку селектора. — Вера, кофе. — Задумался, накинул пропитку и уже с порога обернулся. — А Люська-то моя слезла с иглы, за шведа замуж вышла, живет в Стокгольме.

Вякнула сигнализация, послышался звук отъезжающей машины. Открылась дверь, и секретарша внесла кофе с бутербродами:

— Пожалуйста.

Бобков вернулся часа через три и молча протянул майору паспорт и журналистское удостоверение. Сарычев пощупал краснокожую паспортину, раскрыл и от удивления даже присвистнул — его натренированное долгой практикой око не заметило ни малейшего изъяна.

— Да, органолептикой не взять. — Он сунул документы в карман и протянул Бобкову руку. — Спасибо, Сергей Владимирович, слово держишь. Нынче это редкость…

— Денег возьми. — Тот шагнул было к сейфу, но Сарычев был уже в дверях и не обернулся. Своих хватало. На улице шел противный мокрый снег, наполовину смешанный с дождем, и майору вдруг до боли в сердце не захотелось уезжать из этой, пусть замшелой, но родной до одури болотины. Однако приступ сентиментальности был тут же задавлен на корню, и вскоре Александр Степанович уже ступил на твердь Московского вокзала. Без всяких происшествий он приобрел билет в столицу нашей родины, а минут через сорок, знакомясь с соседями по купе, представился простенько и со вкусом:

— Трубников Павел Семенович, журналист из Мурманска.

Середина Мира. Эпоха Овна. Двадцать веков до Р. X.

К часу Тавра владычицу ночного неба Мах закрыли непроницаемые тучи. Вскоре они пролились холодным, замерзающим прямо в воздухе дождем, и пробиравшийся между могучими стволами сосен человек решил передохнуть.

Рожденный в семье жрецов из рода Спитама, он был с детства приучен к трудностям и простой суровой жизни. От родителей он унаследовал необычайную силу и выносливость, однако путь был слишком долог даже для него, и, схоронившись от непогоды под густой елью, идущий мгновенно погрузился в сон. Дыхание его сделалось глубоким и размеренным, а перед глазами появилось то, что теперь снилось ему каждую ночь, — огромная багряная звезда.

Она разгоралась в прозрачном

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.