Проклятия стр. 6
полностью соскользнула с её точёных плеч и держалась лишь за счёт тёмного кожаного бюстье. Она была занята протиранием стойки. Бюстье было занято приподниманием и подчёркиванием.
Она взглянула на меня и улыбнулась. Светло-зеленые глаза блеснули в мою сторону, улыбка потеплела.
— А, так вы высокий, не так ли? — сказала она с сильным британским акцентом, откуда-то ближе к Кардиффу, чем к Лондону.
— Только тогда, когда встаю.
Её глаза засверкали от весёлого лукавства.
— Такое преступление. Что будете пить, любовь моя?
— У вас есть какое-нибудь холодное пиво? — спросил я.
— Здесь нет колониального пойла, — ответила она.
— Снобы, — сказал я, улыбаясь. — А нет ли у вас тёмного МакЭнелли? Чего-то из настоящего пива Мака.
Её брови взметнулись вверх.
— Фью. На мгновение мне показалось, будто к нам забрёл дикарь.
Она широко мне улыбнулась, зубы у неё были ровные, крепкие и белые, и подошла ко мне, прежде чем нагнуться и выудить тёмную бутылку из-под стойки.
Я оценил её вежливо и политически грамотно.
— Это шоу входит в цену напитка?
Она открыла бутылку профессионально ловким движением и поставила её передо мной вместе с чистой кружкой.
— У меня щедрая душа, милый, — сказала она, подмигивая. — Зачем назначать цену, если я могу заниматься бескорыстной благотворительностью?
Она налила пива в кружку и поставила её на салфетку передо мной. Потом пододвинула ко мне миску с орешками.
— Предпочитаете пить в одиночку?
— Это зависит от того, позволите ли вы мне купить бутылочку для вас.
Она рассмеялась.
— А вы похоже, джентльмен? Сэр, вы, наверное, приняли меня за шлюху, если вы думаете, что я бы согласилась выпить с чужаком.
— Я Гарри, — сказал я.
— И теперь мы больше не незнакомцы, — ответила она, и достала ещё одну бутылку эля. Повторение номера потребовало некоторого времени, и она наблюдала за мной, пока этим занималась. Она выпрямилась так же медленно и открыла свою бутылку, после чего нежно обхватила её горлышко губами и неторопливо отпила. Потом она
выгнула бровь, вопросительно посмотрела на меня и сказала:
— Заметили что-нибудь ещё, что вам нравится? Что-то вкусненькое, может быть?
— Я боюсь, что я из тех, кто любит ушами, — сказал я. — Есть минутка поговорить со мной, Джилл?
Ее улыбка тут же погасла.
— Я никогда не видела вас здесь раньше. Откуда вам известно моё имя?
Я сунул руку под одежду и вытащил свой пентакль, позволив ему упасть поверх футболки. Джилл изучала его несколько секунд, затем снова взглянула на меня. Её рот открылся в беззвучном «о!» понимания.
— Чародей. Дрезден, да?
— Гарри, — сказал я.
Она кивнула и сделала ещё один осторожный глоток пива из своей бутылки.
— Расслабьтесь, — сказал я. — Я здесь не по делам Совета. Но мой друг среди Доброго Народа сказал мне, что вы тот человек, с которым можно поговорить о Тильвит-Тегах.
Она склонила голову набок и слегка улыбнулась.
— Я не знаю, чем я могла бы помочь вам, Гарри. Я всего лишь рассказчица.
— Но вы знаете о Тильвит-Тегах.
— Я знаю рассказы о них, — возразила она. — Это не то же самое, что знать их. Не в том смысле, что беспокоит ваш народ.
— Я сейчас вовсе не занимаюсь политикой между членами Неписаного Соглашения, — сказал я.
— Но вы один из чародеев, — сказала она. — Вы, разумеется, и так