Проклятый цирк стр. 27
горы, а также доставку товаров и продуктов в деревни, воздвигнутые на склонах.
Очки Пегги должны были прибыть в детский сад таким же способом. Синего пса это очень радовало, такая примета сделала бы девочку окончательно неузнаваемой. Что было очень кстати, так как вороны вернулись.
Они непрестанно кружили в небе, осматривая равнину в поисках беглецов, которых феи приказали им найти во что бы то ни стало. Каждый раз, когда они пролетали над волшебной горой, пес распластывался в зарослях кустов, стараясь стать как можно более незаметным. Значит, их враги по-прежнему здесь и рыскают по окрестностям то тут, то там…
Несколько раз черные птицы пролетали над самой крышей детского сада, и синий пес чувствовал, как шерсть у него на хребте вставала дыбом от тревоги. К счастью, пятилетняя Пегги, играющая в песочнице, ничем не напоминала ее высочество принцессу Анну-Софию, которую, сбиваясь с ног, разыскивала вся полиция Анкарты. Разве что самый опытный физиономист разглядел бы в лице малышки черты ее же. Ведь, повзрослев, Пегги Сью очень изменилась: невзрачная гусеница превратилась в бабочку. Синему псу было очень приятно это сознавать. И все же всякий раз, когда в небе над горой показывалась птица, он в тревоге поднимал глаза, ожидая вот-вот увидеть мчащийся из облаков рой заколдованных стрел с поисковым наконечником.
Одиночество давило на него тяжким грузом. Нянькам не нравилось, что он околачивается вблизи детского сада: опасаясь, как бы он не покусал вверенных их заботам детей, они принимались швырять в него камни.
Бедный пес только и думал о том, сколько же продлится его изгнание. Без Пегги Сью он чувствовал себя совершенно потерянным, и ничто его не радовало. Он был уже чересчур взрослым, чтобы получать удовольствие, бездумно гоняя кроликов. Иногда целые дни напролет он валялся в траве, перебирая воспоминания о прошлом и тоскливо ощущая, как медленно утекают часы ожидания.
И вот однажды, просто чтобы немного развеять тоску, он решил отыскать
Марию-Женевьеву. Девочка сошла с волшебной тропы в возрасте четырнадцати лет, как только ее лицо очистилось от заклятий безобразия. Синий пес не присутствовал при ее преображении, но все равно знал, что отыщет ее без труда – даже если она безвылазно скрывается в какой-нибудь деревне из тех, что вырастают на склоне горы, как грибы после дождя. Он был наделен исключительно тонким обонянием (даже для собаки!), а кроме того, обладая телепатическими способностями, умел проникать в мысли большинства живых существ. Эти «рабочие инструменты» позволяли ему легко повторить путь, который проделала сестра Пегги.
Итак, пес отправился на поиски. Инстинкт подсказывал ему, что они напрасно так надолго задержались на горе. Идея спрятаться здесь казалась ему все менее удачной: магическое убежище рождало чувство ложной безопасности, в то время как угроза продолжала неуклонно надвигаться.
Он посетил две деревни и, наконец, в третьей нашел Марию-Женевьеву. Как выяснилось, она работала служанкой в доме крестьянки по имени Нинон. Похоже, девочку не слишком радовало ее положение. Пес решил заговорить с ней, когда она выгнала овец на пастбище и, как всегда, маялась от скуки.
– Привет, – сказал он, – я синий пес. Думаю, ты меня не помнишь, но я друг твоей сестры.
– Ты черный, а никакой не синий, – угрюмо отозвалась девочка.
– Потому