Проклятый цирк стр. 41
от нашей мощной магии. А тем временем ваши враги забудут про вас… или сами погибнут от рук других заговорщиков; тогда вы сможете без опаски вернуть себе свободу. А теперь ступайте, умойтесь и подберите себе сценические костюмы. В течение дня мы с вами порепетируем, чтобы понять, способны ли вы вместить в себя божественную силу, которой мы будем наделять вас на время представления.
Сестры покинули зверинец с ощущением сильного головокружения: телепатические волны гориллы бушевали в их мозгу, как свирепый шторм, разоряющий леса и сады. Чтобы дать им прийти в себя, синий пес проводил их в палатку-столовую, растянутую среди жилых фургонов. Сидя за столом, артисты и служители обедали в молчании, с угрюмыми, осунувшимися лицами. Большинству из них едва исполнилось двадцать пять лет, но выглядели они как изможденные старики. Седые, сгорбленные, они вяло жевали беззубыми ртами хлеб с маслом, прихлебывая из кружек черный кофе. Глядя на них, Пегги вдруг осознала, что просто умирает от голода. Представившись окружающим, она тоже налила себе кофе, наполнила миску для пса и села на свободное место у края стола. Мария-Женевьева последовала ее примеру.
– Значит, это вы – наши новенькие? – проворчала женщина, чье лицо целиком было покрыто странными татуировками. – Меня зовут Зига, я цыганка и колдунья. Однажды меня попросили околдовать одного принца… Это было моей ошибкой. С той поры вся полиция Никовода охотится за мной, чтобы живьем содрать с меня кожу. Не трудитесь что-нибудь выдумывать, девочки, мы здесь все преступники. Все мы до сих пор живы только благодаря защитному экрану, окружающему цирк, и магическим помехам, которые делают наши лица неопознаваемыми.
Понизив голос, она прибавила:
– Главное, не стройте себе долговременных планов – задерживаться здесь очень опасно. Все мы медленно умираем, снедаемые могуществом богов-зверей.
– Но вы же можете просто уйти… – возразила Мария-Женевьева.
– Все мы поначалу так думали, – невесело усмехнулся сидевший рядом старик с совершенно лысым черепом. – Когда я
попал сюда, я был молод и силен. Я дал себе слово, что немедленно покину это место при первых же признаках упадка сил. Да только я не предусмотрел, что к тому времени я буду уже слишком слаб и безволен, чтобы пускаться в бегство! Вот какие опасности подстерегают вас, малышки. Берегитесь! Могущество зверей выжжет вас изнутри, и вы истаете, как свечки.
– Все, довольно, – буркнула Зига, – хватит их пугать. Спешить им пока некуда, у них еще есть время в запасе. – И, повернувшись к сестрам, она прибавила: – Но все же примите один совет: не позволяйте чувству всемогущества опьянить ваш разум. Мы все попались в эту ловушку. Когда вы совершаете чудеса на арене, вас охватывает невероятное ликование, иллюзия, что вы стали супергероями и наделены сверхчеловеческими способностями. Вам вдруг покажется, что вы можете управлять миром, властвовать над ним… но в том-то и проблема, что это всего лишь иллюзия.
– Да, звери предупредили нас, – ответила Пегги Сью. – В этом отношении они были честны с нами.
– Сказать – одно, – наставительно проворчала Зига, – а почувствовать – это совсем другое. Погодите, вы еще узнаете, о чем я говорю, когда станете звездами цирка, когда узнаете вкус славы и аплодисментов. Успех – это наркотик, от которого труднее всего отказаться.