Проклятый цирк стр. 67
дотащить гориллу до шапито.
Нужно было спешить: если бы Гипнозус умер, даже вся магия богов-зверей не смогла бы вернуть его к жизни.
Дело оказалось нелегким: усталые, измученные долгим представлением старики выбивались из сил, пытаясь тащить огромного тяжелого зверя к цирковому шатру.
Кровь гориллы пачкала роскошные новые костюмы, артисты спотыкались и кряхтели, надрываясь.
Пегги так нервничала, что даже забывала плакать.
Наконец Гипнозуса втащили под синий шелк шатра, и теперь инопланетные звери могли приняться за работу. Прикладывая всю свою удивительную силу, они посылали своему вождю исцеление, и его раны закрывались одна за другой.
– Он был на пороге гибели, – тихонько вздохнул синий пес. – Признаться, я думал, что ему конец.
– Я тоже, – призналась Пегги. – Эти люди такие жестокие… Просто уму непостижимо.
– Нам надо уходить отсюда, – вмешалась Мария-Женевьева. Будучи принцессой, она не раз принимала участие в псовой охоте, так что происшедшее ее особенно не взволновало.
– Что-что? – растерялась Пегги.
– Говорю, нам надо поскорее уходить, пока дворцовая стража не обнаружила похищения.
– Она права, – подтвердила горилла, приподнимаясь на локте. – Разбирайте шатер, скорее.
Да здравствует слон!
Все спешно принялись за работу, и вскоре шатер разобрали, сложили и погрузили на телегу. Лошадей впрягли в фургоны, клетки поставили на колеса. Когда в замке стали темнеть последние окошки, караван тронулся в путь. Двигаясь без отдыха, он имел шанс достигнуть границы еще до рассвета. Мария-Женевьева нервно поглаживала крохотную урночку из голубого фарфора, которую ей вручила сестра.
– Лишь бы никому не вздумалось проверять крипту, – пробормотала она. – Теперь, когда замка больше нет, железная дверь может распахнуться от простого сквозняка.
– Я знаю, – буркнула Пегги Сью. – Но скажи, кому придет в голову, что можно взять и уменьшить огромный сосуд весом в тридцать пять тонн? Мы были достаточно осторожны, чтобы не обнаружить своих способностей во время представления. Наши номера были довольно посредственные, и мне кажется, зрители в основном скучали, особенно король. И очень хорошо: он никогда не подумает, что это мы его ограбили.
* * *Путешествие продолжалось в молчании: девочки были слишком встревожены, чтобы болтать. Гипнозус сумел избежать смерти, но все еще не оправился от ужасной слабости, и Зига задавалась вопросом: сможет ли он хоть когда-нибудь вернуть себе былую мощь?
– Нельзя исключить, что теперь он превратится в самое обычное животное, – шепнула она девочкам. – В старую больную гориллу, каких в зверинцах немало.
– Такое возможно? – поразилась Пег-ги Сью.
– Да. Ведь он так далеко от своей родной планеты… Здесь он всего лишь поверженное божество, умеющее делать кое-какие фокусы, но уже неспособное подчинять природу своей воле.
* * *Копыта лошадей глухо цокали по пустынной дороге. Полная луна ярко светила сквозь легкие облака, и возницы то и дело оборачивались, опасаясь увидеть за спиной погоню. Караван проезжал мимо спящих деревень и мимо пустошей, где в эту пору бодрствовали гномы. Наконец, когда горизонт начал светлеть на востоке, бродячий цирк пересек границу под самым носом у двух заспанных таможенников. Тревогу так и не объявили!
Четверть часа спустя артисты продолжали свой путь уже по дружественной территории. Они снова вернулись в Никовод.
– Ужасно не терпится вручить урну Астракосу, – сказала Мария-Женевьева. – Как только мы получим