Проклятый цирк стр. 79
Протестовать не имело смысла: власть Альбутокса была абсолютна, а его суждения – непререкаемы. Если он решал, что сегодня вам необходима крышка от котелка и ржавые плоскогубцы, бесполезно было говорить ему, что на самом деле вам гораздо больше пригодились бы несколько початков кукурузы и яблоки – при любых возражениях он впадал в безумную ярость.
Вообще говоря, Альбутокс действовал по своей прихоти, в зависимости от того, нравился ему человек или нет: у него были свои любимчики и свои козлы отпущения. Дохода ему это никакого не приносило, просто ему доставляло удовольствие пользоваться своей властью и видеть, как люди трепещут под его взглядом.
Пегги и Мария-Женевьева ассистировали ему, извлекая из длинного ряда разнообразных предметов, разложенных во дворе, те, которые в данный момент называл мэтр Верховный Распределитель.
Большинство просителей хотели получить еду, потому что, естественно, выращивать овощи во внутренностях слона невозможно. Оставалось довольствоваться лишь тем, что слон вдыхал, проходя через поля и деревни.
Распределение длилось часами, так как Альбутокс предпочитал действовать не торопясь. Он наслаждался каждой минутой этого дня, свидетельствующего о его могуществе, и вовсе не собирался уступать капризам толпы.
Дело шло к полудню, когда в зоне свалки появился Годфруа. Раздувшись от самодовольства, он выступал гордым шагом, сжимая в руке рупор. Небрежно поздоровавшись с девочками,
он поклонился Альбутоксу и заявил:
– Слон говорил со мной во сне. Теперь я знаю, что нужно делать. Он показал мне решение.
– В самом деле? – буркнул в ответ Альбутокс. Он не любил, когда кто-то другой угрожал затмить его авторитет.
– Слон сказал мне, что поможет нам разоблачить заговорщиков, – продолжал Годфруа, дрожа от возбуждения.
– Неужели? И каким же образом? – поинтересовался Альбутокс, чье лицо становилось все более недовольным.
– Он заставит их расти! Каждый день рост этих предателей будет увеличиваться на один-два миллиметра. И вскоре все заметят, что они стали выше нормального горожанина… Но я решил усовершенствовать этот метод. С сегодняшнего дня я начну измерять всех жителей города и заносить все контрольные измерения в особый журнал. А каждое воскресенье мы будем проводить проверку. Так нам будет легко обнаружить изменников! Ни один человек не может вырасти на десять миллиметров за неделю!
– Надо думать, проверки займут у вас немало времени! – усмехнулся Альбутокс. – А что же вы намерены измерять?
– Расстояние между кончиком большого пальца ноги и коленом! – пояснил Годфруа. – Вы же не станете отрицать, что именно в этой части тела рост скажется наиболее заметно.
И, повернувшись к сестрам, он властно заявил:
– Пожалуй, с вас я и начну, милые барышни; вам будет принадлежать честь возглавить мой список!
Вынув из кармана портновский метр, он присел на корточки перед Пегги и принялся измерять ей голень.
Занеся результат в журнал, он подошел к Марии-Женевьеве и произвел ту же операцию с ее ногой. Девочки обменялись испуганными взглядами: такого поворота событий они предвидеть не могли.
Довольный произведенным эффектом, Годфруа удалился.
– Да уж, ну и работенку он себе задал! – прыснул Альбутокс. – Представляю, сколько грязных ног ему придется нанюхаться, пока он доберется до конца своего списка. Тут я ему не завидую.
Однако ни Пегги, ни ее сестра не разделяли его веселья. Все их мысли занимало одно: их