Библиотека

Пропавшая экспедиция стр. 112

Размер шрифта
-
+
Тема

Разве самую малость… А людей… Я дам вам одного человека.

— Одного? Вы смеетесь?

— Нет, не смеюсь. Одного. Но зато какого?! Этот человек в состоянии сделать все возможное и невозможное.

Волжин выглянул за дверь и что-то сказал стоявшему у дверей начальнику тюрьмы.

— Я верю в ваши прогнозы в отношении Ардыбаша, — сказал он, прикрыв дверь. — Когда-то в ссылке, недалеко от тех мест, я сам слышал легенды о сказочных месторождениях золота на Ардыбаше. Говорили, что ссыльная казачка Дарья…

В комнату вошел высокий широкоплечий грузин с черными, как уголь, волосами и такими же черными, лукаво улыбающимися глазами.

— Знакомьтесь, — сказал Волжин, посмеиваясь. — Комиссар ардыбашской экспедиции Арсен Кобакидзе.

Перед Смелковым стоял «дикий горец», явившийся к нему с обыском и доставивший его сюда, в тюрьму.

— В экспедицию?! С ним? — вырвалось у него. — Никогда! — Голос его от возбуждения срывался. — Вчера он меня арестовал… Сегодня вы делаете его моим помощником. А завтра в таежной глуши он вытащит свой маузер и, решив, что я, как принято теперь говорить, «контра» — почему бы ему так не решить, ведь я прятал адмирала Симбирцева, — пристрелит меня без лишних слов! Нет, товарищ Захар, лучше судите меня за саботаж или хоть за сокрытие запасов пшена и спекуляцию. Мне все равно!

Арсен смотрел на Смелкова с улыбкой. Взгляды их встретились и, к своему удивлению, Аркадию Николаевичу «дикий горец» показался на этот раз не таким уж диким и даже чем-то симпатичным. На какой-то момент ему даже почудилось, что он его где-то видел, задолго до того, как тот пришел к нему прошлой ночью с обыском.

Трое усталых, измученных долгим переходом людей выбрались наконец из тайги. Теперь они шли вдоль бесконечной гряды каменистых холмов со скудной растительностью, и в предзакатной тишине под их ногами умиротворяюще похрустывала и осыпалась галька. Они шли молча. За долгие месяцы, прожитые в тайге, было сказано все, что можно сказать друг другу, не было ни сил, ни желания говорить. Молча, не сговариваясь, они остановились и скинули на землю тяжелые заплечные мешки. Так же молча разбрелись в поисках хвороста, сложили костер, и один из них, рыжеватый сутулый мужик, достал из мешка сухую бересту, деревянную коробку, в которой от сырости хранились спички, и принялся разжигать костер. Другой, плечистый, бородатый детина, отвязал от своего мешка медный котелок и стал спускаться по осыпи к шумевшей внизу речке. Третий в ободранном офицерском кителе, по-видимому главный среди них, достал потрепанную тетрадку и стал что-то записывать. Светлые соломенные волосы упали ему на глаза, он резким движением откинул их. В лице его, приятном, хотя несколько жестком, угадывалась незаурядная воля.

Ярко вспыхнул костер. Сутулый поднялся и подошел к обрыву. Внизу, по колено в воде, раздевшись до пояса, полоскался бородатый. Мельком оглянувшись на сидящего у костра, сутулый проворно вскинул ружье и выстрелил. Бородатый взмахнул руками и плашмя рухнул в воду.

— Поберег бы патроны, Силантий… пригодятся, — сказал светловолосый и, поднявшись, подошел к обрыву. Убитый лежал, уткнувшись лицом в воду. — Ты?! Ты убил его?! — с негодованием крикнул он и бросился к Силантию, но тот вскинул ружье.

— Не балуй, офицер…

— Скотина! Грязная скотина!

Прежде чем Силантий успел выстрелить, он выбил ногой ружье из его рук и повалил на землю.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.