Пропавшая экспедиция стр. 124
поднос, с потолка свисала хрустальная люстра, отсвечивающая всеми цветами радуги. Стол был заставлен разнообразным угощением, таким, какого Митька и в жизни не видывал.
— Так вот, Ольшевец, поведешь меня на Ардыбаш, — говорил Ружанский. — Если мои сведения подтвердятся, на следующий год соберем артель. Станешь богатым человеком, Ольшевец, я тебе обещаю. — Ружанский обернулся к Митьке и подвинул к нему блюдо с ананасом. — Угощайся.
— На Ардыбаш я вас поведу, чего ж не повести. Бывали мы там с сыном, — Федор похлопал Митьку по плечу. — Однако золотишком там не пахнет. Сказки это все про Дарьино золото. Однако путь дальний. Третьего прихватить надо бы.
— Есть кто надежный?
— Как не быть… Дружок мой, Силантием звать. Человек верный.
Дверь кабинета распахнулась, на пороге появились жандармы.
— Ваши документы! — обратился один из них к Ружанскому.
— Что это значит, господа? — брезгливо сказал Ружанский. — Какое вы имеете право? Впрочем, вот мой паспорт.
Жандарм взял паспорт и раскрыл его.
— Паспорт не ваш. Вы бежали с каторги. Ваша настоящая фамилия Зимин. Вы бывший артиллерийский офицер, приговоренный к десяти годам каторги за покушение на своего командира. Вы арестованы! Извольте следовать за мной!
Ружанский улыбнулся.
— Это какое-то недоразумение. Разумеется, я готов следовать за вами… Только сначала… — Ружанский сунул руку в карман.
И прежде чем Митька успел сообразить, что происходит, раздались один за другим четыре выстрела — люстра погасла, и в кабинете стало темно.
— Патрикеев, к окну! — крикнул жандарм и распахнул дверь. Свет из большого зала осветил номер. Портьера на окне была отодвинута, окно распахнуто…
Федор бросился к окну.
— В окно выпрыгнул, — крикнул Федор жандармам. — Сюда, ваше благородие. Вона, в те ворота вбежал.
Патрикеев выпрыгнул в окно, старший жандарм скомандовал «за мной» и выбежал из номера. Когда номер опустел, Федор приоткрыл другую портьеру, и оттуда появился Ружанский.
Ружанский пожал руку Федору.
— Спасибо. Жди меня в Поспихине.
Зимин подмигнул Митьке и выглянул в окно. Осмотревшись, он вскочил на подоконник и спрыгнул вниз. Митька с восхищением смотрел ему вслед.
— Не споймают его? — спросил он отца.
— Не, барин ловкий, — покачал головой Федор. — Не поймают.
— Зачем Силантия берешь? Не надо, — сказал Митька.
— Ну это не твоего ума дело, — сказал Федор.
Дуня вытащила из печи большой чугун с картошкой и поставила на стол, за которым сидели все участники экспедиции. Смелков при свете керосиновой лампы разглядывал карту.
— Один человек нагадал мне, что погибну я не от пули. А было думал, что ошибся мой Ахмет, так его звали. Да нет. Спасибо Евдокии Петровне, выходила.
— За что Силантий стрелял в вас? — спросила Тася.
Зимин с сочувственной улыбкой следил за тем, как Тася, обжигаясь, очищала горячую картошку от кожуры.
— Силантий? За то, что вступился за Федора. А вот почему он убил Федора, не пойму. Золота мы намыли всего ничего…
— А где намыли? На Ардыбаше? — оторвался от карты Смелков. — Или это тайна старательская?
— Нет, какая тайна. На Медведянке старались.
— На Медведянке… — поморщился Смелков. — Разве там золото, на Медведянке. А до Ардыбаша не дошли?
— Пытали счастье и на Ардыбаше. Да только, как говорят старатели: поблазнило, да не далось. Дарьино золото — золотоискательские сказки.
Смелков усмехнулся.
— А вы верите в сказки? — спросил Зимин, внимательно поглядев на Смелкова.
— Я верю в науку, молодой