Пропавшая экспедиция стр. 214
металлургическим заводом. Впрочем, по-настоящему городом можно было назвать лишь небольшую его часть, прилегающую к заводу и застроенную двухэтажными каменными домами с лавками и лабазами в нижнем этаже. Мостовые здесь были выложены булыжниками, а на главной площади, незадолго перед войной, возникло причудливое здание, где помещался ресторан, по мнению жителей Балабинска, не уступавший своей роскошью прославленным ресторанам Москвы и Петрограда.
Зимин переходил площадь, когда услышал резкий окрик и увидел перед собой морду ломовой лошади. Он отскочил в сторону. Мимо него прогрохотала телега, груженная шпалами. В наступающих сумерках Зимин не заметил, как возчик, взглянув на него, быстро отвернулся и с силой ударил вожжами по крупу лошади.
Зимин переждал, пока мимо него проехали еще две телеги со шпалами и, перейдя площадь, направился к ресторану.
Над ярко освещенным входом с вертящейся стеклянной дверью висела вывеска: «Европейский ресторан «Парадиз, бывший Корсо», а внизу сообщалось дополнительно: «Французская кухня, кавказские шашлыки».
Зимин повертелся в стеклянной вертушке, прошел мимо величественного, «совсем как до революции», швейцара и оказался в зале ресторана. На небольшой эстраде девица в матроске пела популярное танго «Батавия».
…Из-за пары растрепанных кос
С оборванцем подрался матрос,
И два тела сплелись, дрожа,
И мелькнула вдруг сталь ножа…
Дорога в жизни одна,
Ведет нас к смерти она…
К Зимину подошел долговязый официант и повел его к единственному свободному столику в углу, у окна.
— Купишь двух лошадей, — на ходу говорил ему Зимин. — Приведешь к смолокурне, за гарями, как в прошлый раз. В следующую пятницу. — Он незаметно опустил в его карман небольшой кожаный мешочек.
Официант кивнул и отошел.
Не успел Зимин усесться, как к нему тут же подсел полный, широко улыбающийся человек в куртке, пошитой, по-видимому, из студенческой шинели.
— Невероятная пошлятина, — сказал он, кивнув в сторону певицы. — А ведь поди ж ты, слушаешь. И даже, знаете ли, волнует по-своему. Васильянов, инженер-путеец, — представился он.
Зимин называть себя не стал.
— Удивительное время, — продолжал инженер. — С одной стороны, этот «Парадиз» и всякие там «Батавии»… И вместе с тем здешний завод. Я видел его два года назад: пустые цеха, выбитые окна, растащенное оборудование… Работает! Восстановили! И как… Голыми руками. А? Каково?
Зимин улыбнулся, как бы соглашаясь, что это действительно удивительно.
— Вы нездешний? — поинтересовался он.
— Из Москвы. Прислали в качестве главного инженера на строительство железной дороги.
— Железной дороги? — удивился Зимин.
— Да, узкоколейки. Видите ли, балабинский завод получал руду из Кандинска. А рудники там выработаны. Начисто! Что делать с заводом? Закрывать? Вот и надумали: проложить дорогу к Красной пади, начать разработку тамошних руд.
— На Красную падь? Через Ардыбаш? — задумался Зимин. — Но ведь там совершенно непроходимые места!
Васильянов радостно кивнул.
— А что я говорю? Удивительное время! Фантастическое!
Тем временем на эстраде певицу сменили двое молодых людей в оранжевых пиджачках и широченных клешах.
— Два-Джимми-два! — провозгласил конферансье. — Американская чечетка!
Молодые люди сделали знак пианисту, загрохотал рояль, и два Джимми стали выбивать ногами замысловатую дробь.
Когда Зимин выходил из ресторана, он услышал за спиной чей-то голос:
— Гражданин Зимин?
Он обернулся. Перед ним стоял милиционер. Зимин удивленно взглянул на него.
— Я Зимин. В чем дело?
— Пройдемте за мной.
Степан Федякин, бывший командир партизанского отряда, а ныне начальник Балабинского угрозыска, несколько тяготился своими