Пророчества и иже с ними стр. 9
благопристойно повешусь в конюшне, все только вздохнут с облегчением: «Отмучилась, бедняжка!»
— Но ты же не собираешься этого делать, правда? — Отец отодвинулся, обеспокоенно заглядывая мне в глаза. — Скажи мне правду, Риона, ты действительно не помнишь, как забралась на крышу?
— Папа! — простонала я, пряча лицо в ладонях. — И ты туда же?! Ну неужели я так похожа на идиотку? Да я скорее сама кого-нибудь удавлю!
— Солнышко, надеюсь, это буду не я? — Отец шутливо вскинул руки к горлу, захрипел и выкатил глаза.
Я с рычанием кинулась на него и изобразила упоенное удушение. Заглянувший в беседку слуга деликатно шагнул назад, затаившись в тени. За десять лет службы в замке он и не такого навидался, однако мы, смутившись, прекратили дурачиться. Я сорвала с лозы большой темно-зеленый лист и принялась терзать уже его.
— Ты прав, па. Я не должна отравлять людям жизнь только потому, что моя подходит к концу. К тому же какой-нибудь бедняк без колебаний отдал бы отмеренные ему семьдесят лет за мои двадцать пять. Я безумно рада, что родилась именно в этом замке, у вас с мамой… и мне проще думать, что я лишь ненадолго уйду отсюда — и снова вернусь.
— Так оно и будет, детка, — серьезно подтвердил отец, накрывая мою руку своей ладонью. — Непременно.
«…почему же тогда у меня так мерзко на душе?..»
Я зло провела рукавом по глазам.
— Кирейн, вы что-то хотели?
— Да, госпожа. — Слуга невозмутимо перешагнул порог, и я только сейчас заметила у него в руках поднос, на котором лежал перетянутый алой лентой свиток. — Посыльный от градоправителя просил передать вашему батюшке это послание.
— Благодарю. — Отец, взмахом руки отпустив слугу, сломал печать и расправил пергамент. — Так… «Уважаемый… приглашаю вас… ежегодный магический турнир… банкет по окончанию… с дочерью…» Отлично, а то я уж начал волноваться! — Он поспешно скатал свиток.
«…надеюсь, это ее хоть немного развлечет». Я все-таки успела пробежать глазами последнюю строчку. Но огорчать отца очередной вспышкой гнева постыдилась.— Можно подумать, без этой писульки тебя туда не пустят, — вымученно улыбнулась я. Ссориться со знаменитым магом градоправитель не рискнул бы даже с того света: найдет как и там достать. — Да на турнире весь город будет, плюс столько же приезжих. Вход — пять менок.
— Доча, дело не в «пустят». Людям нашего уровня неприлично ходить по сборищам, на которые их не приглашают. Тем более сидеть на одной лавке с простолюдинами. А это, — папа гордо помахал грамотой, — право на лучшие места под навесом.
— Который в прошлом году рухнул нам на головы, — не преминула напомнить я.
— Досадная случайность, заклинание срикошетило! — с жаром вступился отец за излишне увлекшихся коллег. — Городской маг клялся, что в этом году так заговорит шесты, что они не шелохнутся даже от «ледяного урагана».
— Ага, и будут единственными, что останется на облысевшем холме. Или вообще вместо холма.
— Так ты со мной не пойдешь? — огорчился папа.
— Конечно, пойду. Мне ли бояться каких-то там навесов? — не слишком удачно пошутила я и поспешила добавить: — К тому же мы с Даром поспорили, кто из магов выиграет турнир, и я хочу увидеть, как вытянется лицо нашего зазнайки.
— Вообще-то твой брат наказан, — нерешительно признался отец. — Это надо ж было додуматься — повесить