Прощай, мисс Совершенство стр. 256
песни про суп («Ах ты суп из лука и картохи, без тебя бы было очень плохо, я люблю тебя до последнего вздоха…»). В субботу после работы мы пойдем в центр, и я сделаю себе пирсинг в носу, как у нее.
Я иду через парковку, легко сжимая конверт с результатами и чувствуя спиной солнечное тепло. Валери улыбается, завидев меня, и привстает с капота.
– Привет, – говорит она, поднимая солнечные очки. По ней заметно, что она волнуется: она любит узнавать результаты экзаменов, хотя пытается этого не показывать. – Ну что там?
Я протягиваю ей конверт, и она счастливо улыбается, доставая листок.
– Много народу, – отвечаю я. – И вообще странно.
– Ты сдала математику! – восклицает она в полном восторге. Как мило, что она за меня рада. – Иден! Это потрясающе!
Я не могу сдержать улыбки:
– Да?
– Да! – Она легонько стучит меня кулаком в плечо. – Поздравляю!
Я забираю у нее листок и складываю обратно.
– Спасибо.
– Проголодалась? – спрашивает она и снова опускает очки на глаза.
Я в последний раз оглядываюсь на свою старую школу и прежнюю жизнь, а потом поворачиваюсь к сестре.
Я улыбаюсь:
– Готова.
ЧетвергВ школе царит полный переполох, что совершенно нехарактерно для утра четверга, да еще в августе. В это время школы вообще не должно существовать.
Мы с Коннором проходим сквозь парадный вход в кабинет 14А, где обычно у нас проходят уроки физики, а сегодня вывесили результаты экзаменов. Я подхожу к третьему ряду, где стоит коробка с фамилиями на «М», а Коннор идет к первому, на «А». Мой ряд обслуживает мистер Хейл. Он улыбается, когда я подхожу.
– А, Иден, – куда дружелюбнее и теплее обычного говорит он. Видимо, воспылал напоследок дружескими чувствами. Он пробегает пальцами по фамилиям и достает конверт, который протягивает мне с поклоном.
– Всего наилучшего, мисс МакКинли.
Я знаю, что вижу мистера Хейла в последний раз. Это так странно, так грустно и одновременно правильно. Я улыбаюсь в ответ и отхожу открыть конверт. Тихого места тут не найти, и мне хочется узнать свои результаты до того, как Коннор скажет мне свои, поэтому я отхожу в дальний конец кабинета и притворяюсь, что тут тихо.
Все как я ожидала: в основном тройки, пара двоек и еще две-три четверки с минусом. Я смотрю на буквы и жду, когда же начну что-то чувствовать. Облегчение? Радость? Грусть? Честно говоря, я чувствую себя совершенно так же, как раньше. Ничего не изменилось.
Я складываю листок с результатами и кладу его обратно в конверт. Оборачиваюсь, ища Коннора взглядом. Он уже идет ко мне с улыбкой на лице.
– Все хорошо? – спрашивает он.
Свои результаты он держит в руке, но все же сначала спрашивает про мои, потому что это Коннор.
Я с улыбкой пожимаю плечами:
– Ага. Ничего неожиданного. А у тебя?
– Восемь четверок с плюсом, две – с минусом. Не так уж плохо, а?
– Да вообще отлично. – Я тянусь чмокнуть его в щеку.
– Коннор, – зовет кто-то.
Мы оборачиваемся. Это учитель рисования машет Коннору.
Коннор смотрит на меня, и я киваю ему, мол, иди. Прислонившись к стене и задумчиво поглаживая ребро конверта, я наблюдаю за суматохой в кабинете. Лучше позвонить Кэролин сейчас или дождаться, когда вернусь домой? Мои