Прощай, невинность! стр. 270
неотступным может быть желание. Всепоглощающим, лишающим рассудка… В мозгу Софи вспыхивали образы — но не видения прошлого, это были картины будущего. Она видела себя и Эдварда в постели, обнаженными, охваченными страстью, слившимися, задыхающимися… И Эдвард проникал в нее, глубоко и сильно, и утешающе, так утешающе, и на его лице был тот самый экстаз, знакомый Софи…
— Нет, Эдвард! Не так!
— Почему? — прошептал он, обжигая дыханием ее губы. — Мы же друзья. Старые друзья. Неужели в тебе не осталось ни капельки нежности для меня?
— Старые друзья? — выкрикнула она, но тут же поневоле умолкла: его губы коснулись ее рта. А мгновением позже она уже сдалась перед его поцелуем, глубоким и крепким. Но это не было нежное слияние. Это было изнасилование.
Софи вскрикнула, но не потому, что Эдвард причинил ей боль, а потому, что ей стало страшно. Она испугалась Эдварда и испугалась самой себя. И снова попыталась высвободиться, хотя ее губы поддавались ему, жаждали его. Но вот он оторвался от нее, тяжело дыша.
— Боже, Софи!.. Это чертовски здорово!
Она тоже задыхалась.
— Ты думаешь, если мы были… если мы были любовниками… ты вправе обращаться со мной, как… как…
— Как с кем, Софи? — с угрозой в голосе проговорил Эдвард. — Как с девкой? Как с дешевой шлюхой?
Софи побледнела и всхлипнула.
— Забудь своего нового любовника. — Глаза Эдварда сверкали. — Я лучше, чем он. Я это докажу. Нам будет хорошо вместе. Идем. Иди со мной, Софи, не сопротивляйся. Я не буду грубым. Обещаю.
Софи молча смотрела на него, и его теплый голос обволакивал ее, словно мягкая пелена…
— Софи, мы же оба знаем, что ты хочешь меня, а я хочу тебя. Нам было хорошо. И нам снова будет хорошо. Не просто хорошо, Софи. Потрясающе!
— Оставь меня, — прошептала она.
— Почему? Ты любишь его? — прорычал Эдвард.
— Ты сумасшедший, — нервно бросила она. — Мне нравится Жорж, да, но я не люблю его!
— Отлично! Мне не слишком по душе делить постель с женщиной, которая любит другого. — Эдвард зловеще улыбнулся. — Но если уж так складывается дело, — он пожал плечами, — я смирюсь и с этим.
Софи испуганно уставилась на него, потому что Эдвард вдруг превратился в чудовище. В некое совершенно неведомое ей существо…
— Ты не понимаешь…
Его живые голубые глаза казались твердыми, как сапфиры.
— Я понимаю. Я понимаю, насколько ты стала другой… свободная художница! Я понимаю тебя, Софи, и знаю, что тебе нужно. Я ведь был у тебя первым, не забыла? Я пробудил в тебе желание. Я-то думал, что благодаря этому стану счастливым!
— Оставь меня, — с отчаянием в голосе сказала Софи. — Пожалуйста…
— Ты предпочитаешь его мне? — Он холодно, жестко улыбнулся. — Но ты передумаешь, и скоро.
Окончательно выйдя из себя, Софи рванулась, пытаясь освободиться из его рук. Бешено, злобно. Эдвард тут же отпустил ее. Софи отступила назад, споткнулась и ударилась спиной о кирпичную стену. Она обхватила себя руками, готовая разрыдаться.
— Да как ты смеешь!
— Э нет! — закричал Эдвард, тыча в нее пальцем. — Как ты смеешь! Как ты смеешь скрывать от меня мою дочь, Софи О'Нил, как ты смеешь, черт побери!
Софи посмотрела в его налившиеся бешенством глаза.
— Я не скрываю от тебя Эдану.
— Нет? — Он шагнул к ней, подняв