Прощай, невинность! стр. 406
Но Сюзанна не шевельнулась.
— Я предупреждала тебя, чтобы ты не смела являться сюда с ребенком! А уж если ты сделала такую глупость, тебе следовало сказать прислуге, что это ребенок твоей компаньонки! Ты что, окончательно сошла с ума?
Софи стиснула зубы. Она осторожно погладила Эдану по головке, сосредоточиваясь, чтобы ответить матери спокойным тоном и не сорваться на крик. Но ее рука заметно дрожала.
— Я не стану говорить людям, что Эдана — дочь Рашель.
— Ты должна! — Сюзанна наконец шагнула вперед, но резко остановилась на достаточно большом расстоянии от Софи. И она упорно не смотрела на Эдану. — Ну, слуги будут молчать… и из преданности, и из страха, что их выгонят без рекомендаций. Кто еще знает?
Софи начала задыхаться.
— Кто еще знает? — повторила Сюзанна со злобой.
— Лиза. И маркиз Коннут.
Сюзанна побледнела.
— Ты дура! — Она затряслась и резко втянула воздух. — Ну, ладно, он почти член семьи, так что, думаю, ему можно доверять. Софи, нам не долго придется притворяться — только то время, которое потребуется, чтобы отдать твоего ребенка приемным родителям.
Софи вскочила, прижимая к себе Эдану, которая, потеряв грудь, тут же принялась протестовать.
— Нет. Нет!
Сюзанна твердо взглянула в глаза дочери:
— Ты должна.
— Нет! — закричала Софи.
— Выслушай меня! — тоже перешла на крик Сюзанна. — Ведь мы обсуждаем твою жизнь! Твою жизнь! Если ты признаешь себя матерью незаконнорожденного ребенка, тебя навсегда изгонят из общества — ты это понимаешь? Тебя никогда и нигде не будут принимать! Я хочу помочь тебе!
— А как насчет Эданы? — Девочка громко хныкала, но Софи не могла успокоить ее. — Как насчет моей малышки? Как насчет ее жизни? Я и есть ее жизнь!
— Ты должна все же попытаться рассуждать здраво, — продолжала Сюзанна почти в истерике. — Я нашла пару в Бостоне, это вполне состоятельные и респектабельные люди, и они с радостью удочерят ее. Если бы ты осталась в Париже, ты бы уже получила мое письмо. Все устроено, Софи, это…
— Убирайся! — заорала Софи. — Убирайся вон! — Одной рукой прижимая к себе плачущего ребенка, другой она схватила затейливый канделябр и швырнула его в Сюзанну. Она промахнулась, и канделябр, с силой ударившись в стену, сорвал шелковую обивку. — Вон отсюда! — еще раз выкрикнула она, срываясь на визг.
Сюзанна позеленела от страха.
Софи всхлипнула, чувствуя, как ее охватывает бешенство.
Сюзанна резко повернулась и выбежала из спальни.
— Софи!
Софи баюкала Эдану, захлебываясь от рыданий. Она подняла голову и посмотрела на вошедшую в комнату Рашель.
— Мы уходим отсюда.
— Уверена, твоя мать не будет настаивать против твоего желания.
Софи, охваченная жаром, облизнула губы.
— Будет. — И снова заплакала. — Она даже не взглянула на малышку, ни разу. Мы должны уйти. Немедленно!
Рашель кивнула. Она была бледна, словно привидение. Но и Софи выглядела не лучше. Лишь Эдана ни на что не обращала внимания, потому что, наевшись, заснула.
Софи выглянула из гостиничного окна. Рассвет едва занимался над городом, но улицу внизу никак нельзя было назвать пустынной. По ней катили в тележках молочники и бакалейщики. Пронесся на велосипеде мальчишка-газетчик, проехали два конных полицейских на великолепных гнедых. Где-то неподалеку громко залаяла собака.
Софи так и не сумела заснуть. Чудовищная стычка с матерью снова и снова всплывала в
ее памяти. Ей