Прощай, прощай, черный дрозд! стр. 283
«Кровь дает себя знать, — думала она. — Так говорят на каждом шагу». Но она отчаянно надеялась, что это неправда. Если бы это было правдой, кем должна была стать она, дочь чудовища и трущобной проститутки? Если бы все определялось генами, ДНК и наследственностью, то что ждало ребенка, которого родили лишь для того, чтобы выгодно продавать? Чтобы растлевать его. Растить как животное. Хуже, чем животное.
Запирать в темноте. Одну. Бить. Насиловать. Уродовать до тех пор, пока в восемь лет она не совершила убийство, чтобы избавиться от этого кошмара.
На ее руках кровь. Много крови.
— К черту. К черту, к черту! — Ева крепко зажмурилась и велела страшным призракам убираться, пока они не превратились в очередной кошмар.
Нет, кровь не всегда дает себя знать. Нас создает не ДНК. Мы создаем себя сами. Конечно, если у нас хватает на это силы воли.
Ева вынула из кармана значок и изо всех сил сжала его в кулаке. Это был ее талисман. Ее якорь. «Мы дела ем себя сами, — снова подумала она. — Вот и все».
Она положила значок на письменный стол так, что бы его можно было видеть, затем снова включила запись и стала слушать, одновременно приказав компьютеру провести стандартные поиски на всех четверых. Потом она подумала о кофе, встала и пошла на кухню. Был соблазн заказать целый кофейник, но в последний момент Ева решила ограничиться одной чашкой. И тут в ее ушах прозвучал зов припрятанной шоколадки. В конце концов, она съела этот чертов персик и имела право себя побаловать!
Шоколадка лежала в морозильном отделении под слоем льда. Взяв чашку в одну руку, замерзшую шоколадку в другую, Ева пошла в кабинет — и чуть не столкнулась с Рорком.
Муж посмотрел на нее и поднял бровь.
— Обедаешь?
— Не совсем. — Ева почувствовала себя ребенком, укравшим конфету. Но в детстве ей просто нечего было красть. — Я только… Черт! — Она сняла наушники. — Я работаю. Решила сделать небольшой перерыв. А тебе какое дело?
Рорк засмеялся и притянул ее к себе.
— Добрый вечер, лейтенант.
— Добрый вечер. Не обращай на него внимания, — сказала она, когда Галахад замяукал и начал клянчить у Рорка еду. — Я его уже кормила.
— Наверняка лучше, чем поела сама.
— А ты ел?
— Нет еще. — Он положил ладонь на ее шею и слегка сжал. — Дай мне половину шоколадки.
— Она замерзла. Подожди, пока оттает.
— Ну, раз так… — Рорк забрал у нее чашку и фыркнул, когда Ева бросила на него сердитый взгляд. — Замечательный запах!
Он привлек ее к себе, и Ева поняла, что Рорк имел
в виду вовсе не запах кофе.
— Назад, дружок! — Она ткнула его пальцем в грудь. — У меня возник план. Если ты еще не ел, почему бы нам не съездить в один итальянский ресторан? Он находится в Нижнем городе, я о нем много слышала.
Рорк молча уставился на нее поверх чашки, и Ева нахмурилась. — Что?
— Ничего. Просто пытаюсь убедиться, что это действительно моя жена. Ты хочешь пообедать в ресторане, где будут другие люди?!
— Мы уже обедали в ресторанах. Миллион раз. В чем дело?
— Гм-м… Какое отношение этот ресторан имеет к твоему последнему убийству?
— Тоже умник нашелся… Может быть, я слышала, что там