Прощай, прощай, черный дрозд! стр. 429
и увидел сына, это доставило ему живейшую радость.
Стив встал с просторного кожаного кресла и потянулся. Ростом он был немного ниже среднего, брюшко только намечалось. Его руки и ноги были мускулисты ми и твердыми, как камень. Выцветшие голубые глаза окружала сеть тонких морщинок. Пышные темные волосы поседели, но почти не поредели.
Он выглядел на свой возраст и не желал думать ни о каких пластических операциях лица. Любил повторять, что честно заслужил свои морщины и седину. Хотя эта фраза заставляла морщиться его сына, помешанного на моде и сохранении молодости.
Впрочем… Наверно, на месте Тревора он тоже был бы тщеславным. «Мальчик — писаный красавец, — думал Стив. — Высокий, стройный, смуглый и светловолосый. Жаль только, что эта красота не от природы. Мальчик тратит целое состояние на одежду, парикмахерские, курорты и визажистов».
Стив отогнал от себя эту мысль и поспешил к двери. Зачем говорить с мальчиком о таких пустяках? Тем более что Тревор был здесь редким гостем.
Он открыл дверь и улыбнулся.
— Вот это сюрприз! Входи. — Стив похлопал его по спине и пропустил в прихожую. — Что-нибудь случи лось? Почему ты приехал посреди ночи?
Тревор повернул запястье и посмотрел на свои часы с перламутровым циферблатом.
— Сейчас только одиннадцать.
— Серьезно? А я задремал у себя в малой
гостиной. — Стив покачал головой. — Твоя мать уже легла. Я схожу за ней.
— Нет, не надо. — Тревор помахал рукой. — Я вижу, ты опять сменил коды.
— Как всегда, раз в месяц. Лучше перестраховаться, чем недостраховаться. Я дам тебе новые коды. — Стив хотел было пригласить сына в свою пещеру и предложить выпить чаю, но Тревор уже направился в большую гостиную, подошел к бару и налил себе бренди.
— Рад видеть тебя. С какой это стати ты так вырядился?
Тревор удивленно поднял брови. Его легкий пиджак был дорогим и модным, но не соответствовал его представлениям о нарядном костюме. Нарядным он был разве что по сравнению с майками и мешковатыми брюками, которые предпочитал отец.
— Я приехал после приема. Тоска зеленая. — Тревор взял бокал (слава богу, хоть бренди у отца был приличный), размешал напиток и опустился в кресло. — Там был кузен Маркус с его несносной женой. Только и знали, что трещать о своем младенце. Словно они пер вые, кто родил ребенка!
— Новоиспеченные родители и не могут говорить ни о чем другом. — Хотя Стивен предпочел бы чай, он тоже налил себе бренди — за компанию. — Когда ты родился, мы с твоей матерью прожужжали уши всем, кто не успел спастись бегством и спрятаться. Так что не задирай нос. Когда настанет твоя очередь, ты будешь делать то же самое.
— Думаю, эта опасность мне не угрожает. Я не собираюсь производить на свет существо, которое постоянно хнычет, отвратительно воняет и каждую минуту требует твоего внимания.
Стив продолжал улыбаться, хотя слова сына и особенно тон, которым они были сказаны, ему очень не понравились.
— Ты передумаешь, как только встретишь подходящую женщину.
— Подходящих женщин на свете нет. Есть только более-менее терпимые.
— Я не выношу, когда ты так говоришь. Это зло, цинично и несправедливо.
— Зато честно, — ответил Тревор. — Такова жизнь. Стив вздохнул:
— Похоже, тебе пора узнать, что такое настоящая жизнь. Твой неурочный визит очень кстати. Я