Прости и не прощайся стр. 63
знак, потому что какая-та кошка родила и выжила, несмотря ни на что.
— Мне наплевать, что думают люди. — Он крепко прижал ее к себе. — И не забывай, что сейчас Рождество — время чудес и исполнения желаний. Кто мог подумать всего несколько дней назад, что мы с тобой будем вот так стоять, Нелл? Но мы же стоим обнявшись. Мы снова вместе и стали сильнее, чем раньше. А что касается чуда… — он дотронулся до ее живота, — то всего лишь одна ночь любви, и зачат этот ребенок.
— Значит, ты говоришь, что мы — часть рождественского чуда? — улыбнулась Мелани.
— Абсолютно точно. — Он засмеялся и поднял глаза к эффектному полосатому небу. — Посмотри — зрелище в стиле модерн специально для нас.
Мелани тоже засмеялась:
— Ты — помешанный.
— Помешанный на тебе. Не отрицаю. — Он повернул ее лицом к снеговику в забавном наряде — розовом, пушистом шарфе и соломенной шляпе с лентами и цветочками. — Снеговика мы с тобой нарядили?
— Да.
— В таком случае предлагаю вернуться в дом и согреться.
— Перед огнем с кружкой дымящегося шоколада?
— Можно и так. — Глаза у него загорелись. — Но не совсем то, что я имел в виду. Я думал кое о чем более… приятном.
— Более приятном, чем горячий шоколад?
— На сто процентов.
— О, в таком случае…
— И помни. — Он взял в ладони ее холодное лицо, и глаза у него сделались серьезными. — Я люблю тебя, а ты любишь меня. Все остальное — все! — вторично.
Мелани кивнула. Она хотела этому верить. Ей необходимо было верить.
— Я люблю Рождество.
Она обвила его руками за шею, а он поцеловал ее в лоб, едва не уронив у нее с головы ярко-красную шапку с помпоном.
— Это лучшее время года, — хрипло произнес он. — Самое лучшее.
Глава 13
Мелани вспоминала колдовство Рождества, когда в последнюю неделю мая Форд вез ее в больницу.
Лучшей погоды нельзя было и желать. Почти месяц стояли теплые, солнечные дни, больше характерные для Средиземноморья, чем для Англии, и Джеймс с помощником, которого наняла Мелани, торопились, чтобы успеть все сделать. Компания Мелани имела стабильную репутацию надежной, с первоклассными результатами, а это сулило хорошие перспективы. Но Мелани не думала ни о Джеймсе, ни о процветании компании. «Астон-мартин» Форда несся к больнице, а она вспоминала очарование тех дней, когда они с Фордом находились в уединении их особого мирка. Ну и Табита с котятами, конечно, были с ними.
Котята быстро росли и успели приобрести отличительные черты. Двух кошечек назвали Холли и Айви, а котика — Ноуэл. Эта троица порой бывала неуправляемой, но Табита оказалась строгой матерью. Мелани их обожала, но любимицей все-таки осталась Табита. Полосатая кошка бегала за Мелани, как собачка, и больше всего любила лежать у ее ног или на коленях. Свой непослушный выводок она усмиряла, давая котятам оплеухи лапой и шипя на них, но в общем и целом это была счастливая семейка.
— Ты уверен, что все кошки остались в доме, когда мы уезжали? — забеспокоилась Мелани.
— Абсолютно уверен, — терпеливо ответил Форд. Мелани уже дважды задавала ему одни и тот же вопрос. — Телевизор выключен, задняя дверь заперта. О’кей?
Мелани улыбнулась ему. У нее уже несколько часов продолжались схватки, но они не были регулярными,